Гранит по себе идеальный, но приплоды пестры. Был любимцем Веретенникова, который ряд лет покупал ставки в заводе Борисовских и имел очень большое влияние на судьбу этого завода.

Летун 4-й отличался долговечностью, давал очень дельных и, главное, ровных лошадей, которые высоко ценились в ставке.

Памятник уступал Летуну, был хуже по себе и давал простых лошадей.

Подарок 2-й – лучший по приплоду.

Озарной – лошадь высокой породности, дал немногочисленный, но замечательный приплод. Был плох в случке и давал мало жеребят, почему и был продан из завода. Его сын Шалун был замечательной лошадью. Ушел за границу за 8000 рублей, где и выиграл.

Кобылы кругом мартыновские, купленные у Молоцкого, были по себе удивительно хороши: при росте до четырех вершков почти все вороные, широкие, сухие и очень капитальные; так низки на ногах, как ни одна другая группа кобыл в заводе Борисовских. У многих были лбы с наклепом, что характерно для лошадей завода Н.И. Тулинова.

Кобылы Молоцкого были крупнее, сырее, гуще и проще, не так породны и гармоничны, как тулиновские. Несколько кобыл среди молоцкой группы были лучшие во всем заводе Борисовских. Почти все кобылы этой группы имели фризы.

Колюбакинские кобылы по себе были разные, такой однородности, как в тулиновских и молоцких кобылах, у них не было. В заводе дорожили ими для производства призовых лошадей».

Приведенные данные интересны, конечно, и потому, что кое в чем опровергают рассказы Стаховича, но кое в чем и подтверждают.

В заключение скажу, что испытываю глубокую скорбь, поскольку знаменитый рассадник орловской рысистой лошади – завод Г.Г. Елисеева – целиком погиб после революции. Теперь он был бы нам необходим для восстановления равновесия форм в орловском рысистом коннозаводстве страны.

Завод графа Г.И. Рибопьера

Завод графа Г.И. Рибопьера

Из завода Г.Г. Елисеева я проехал на завод графа Г.И. Рибопьера. Муханов в разговоре со мной очень хвалил лошадей графа, а так как от Гавриловского завода до Святых Гор было сравнительно недалеко, то я и решил предпринять эту поездку. В первый раз я посетил завод графа в 1902 году, а вторично побывал на этом заводе 10 августа 1913 года. Завод Георгия Ивановича Рибопьера был одним из интереснейших рысистых заводов России. Много внимания уделял граф своему чистокровному заводу и скаковой конюшне, но так как я описываю исключительно рысистые заводы, то этих сторон коннозаводской деятельности графа я здесь касаться не буду.

Г.И. Рибопьер

Завод Рибопьера принадлежал к числу тех, которые, в силу своей отдаленности от Москвы, были весьма мало известны в широких кругах. За все время своего существования он не удостоился ни одного описания. Исключение составила моя заметка о рысистом заводе графа, напечатанная в 1902 году, но и она носила очень поверхностный характер. Завод мало посещался любителями и знатоками орловского рысака. Это происходило отчасти оттого, что завод находился далеко от Москвы, а также и потому, что граф был человек малодоступный, занимал очень высокое положение в свете и не склонен был сходиться с разношерстным кругом рысачников. О составе этого завода имели понятие весьма немногие, большинство судило о графских рысаках по тем лошадям завода, которые появлялись на ипподромах. Лошади Рибопьера бежали с большим успехом, и его конюшня была одной из лучших на столичных ипподромах.