Павлин 5.22
Хотя Павлин давал резвых и дельных лошадей, но Вяземский с ним расстался, так как боялся усилить в заводе экстерьерные недостатки жеребца. Павлин был крупным, с очень крутым выходом шеи, которая имела большой гребень и казалась короткой. Павлин к старости стал совершенно чалый. Обилие гнедых и рыжих лошадей, впоследствии ставших чалыми, в заводе Рибопьера объясняется широким распространением крови Павлина.
В Павлине текла кровь знаменитого шишкинского Кролика, ибо его отец Хозяин был внуком Кролика 2-го, сына старого Кролика, а его мать Задорная – одной из лучших призовых дочерей Кролика ознобишинского. Задорная, помимо Павлина, дала также знаменитого Витязя и призовую Стезю. Ее мать Арфа была дочерью Похвального, сына Самки, так что кровь этой великой прародительницы классных лошадей повторилась у Задорной не только по Кролику, но и по Арфе. Я видел в Лотарёве замечательный портрет Задорной кисти Сверчкова. К несчастью, этот портрет погиб во время разгрома лотарёвской усадьбы.
Палаш 5.17,4
Лемех 2.36
Как заводской производитель Павлин оказался на высоте. У Вяземского он дал классных Атамана, Кудеяра, Палаша и Пирата, а также Пана, прославившегося своим приплодом в Австрии. У Рибопьера Павлин дал резвых лошадей, а его дочери, внуки и внучки оказались поистине драгоценным материалом. Сын Павлина Панцирь показал себя одним из лучших орловских производителей. Всего Павлин дал тридцать четыре бежавшие лошади, которые выиграли около 80 000 рублей. Когда Павлину минуло двадцать четыре года, Рибопьер его продал своему однополчанину П.Ф. Дурасову, у которого Павлин дал классную вороную Звезду. Я видел эту кобылу старухой в заводе графини А.Ф. Толстой, и она была необыкновенно хороша по себе.
Петушок (Кремень – Сметанка), гнедой жеребец, р. 1873 г., завода А.К. Мясникова. Не бежал, но оказался выдающимся производителем. Состоял заводским жеребцом у А.А. Соловцова, графа Г.И. Рибопьера и герцога Г.М. Лейхтенбергского. Петушок прежде назывался Кладом и был переименован Соловцовым. Покупка Петушка не обошлась без курьеза, но на этот раз совсем другого рода. Рибопьер поехал специально на завод Соловцова, чтобы купить Петушка. Там он застал большое общество с гусаром Мосоловым во главе и хором цыган. Словом, шел кутеж. И вдруг Мосолов провозгласил, что у него украли 50 000 рублей! Представьте себе положение присутствующих. Деньги вскоре нашлись под подушкой у Мосолова, но не 50 000, а 500 рублей. Мосолов был так пьян, что ему почудилось, будто у него украли 50 000. Добавлю, что Рибопьеру очень повезло с покупкой Петушка. Соловцов был в таком приподнятом настроении все эти дни, что продал Петушка в два слова. Рибопьер заплатил деньги и поспешил уехать. Не успел он вернуться в Москву, как получил телеграмму: Соловцов просил его отказаться от лошади. Граф не согласился.