Приведу копию одного из аттестатов, выданных в свое время графом Кутайсовым: «Продал я господину Якову Петровичу Савельеву лошадь моего завода, Богатыря, брата того Богатыря, на котором славный наездник Казанцев обежал на московском бегу славного Катка генерала Чесменского. Породою он от сына Барсова Богатыря и от выписной мною голландской кобылы, в чем удостоверяю моею подписью и печатью моего герба. Граф Кутайсов».

П.И. Кутайсов, по-видимому, не был таким страстным любителем лошади, как его отец, и при первом удобном случае расстался с Ивановкой. В 1846 году завод был куплен герцогом Максимилианом Лейхтенбергским. С этого времени начинается новый период жизни завода. Лейхтенбергский получил замечательный по качеству завод, причем рысистый элемент в нем уже явно преобладал.

Опись Ивановского завода герцога Максимилиана Лейхтенбергского была впервые напечатана в 1854 году. Она включала данные по август 1851 года. Заводских жеребцов в ней упомянуто одиннадцать имен, из них девять были кутайсовские, один, Ворон (Летун – Грачиха), куплен у графа Орлова, а хреновской Лёгкий (Лебедь 4-й – Приятная) подарен государем императором в 1847 году. Оба жеребца были орловской породы. С таким составом жеребцов перевес, во всяком случае численный, был на стороне кутайсовских кровей. Таким положение оставалось вплоть до второго страшного пожара в Ивановке.

У герцога Максимилиана Лейхтенбергского было 99 заводских маток, из них 97 происходили из завода Кутайсова и только две, Берта и Фризландка, были куплены самим герцогом. Обе выписаны из Голландии в 1851 году и привезены в Россию на пароходе «Владимир». Обе вороной масти и без отмет.

Чем объяснить, что, имея в 1851 году почти 100 кобыл, герцог первые покупки совершил в Голландии? Я полагаю, что молодой, неопытный коннозаводчик тогда еще своего мнения о заводской работе не имел. Очевидно, он выполнял желание администрации завода, которая тогда еще состояла из старых кутайсовских служащих. Это они просили герцога о выписке для завода кобыл из Голландии.

Генеалогический состав кутайсовского завода крайне интересен. В нем, кроме Богатыря 1-го, не было орловских кровей, и при этом он должен был конкурировать с великим Хреновым. В Ивановке была самобытная ветвь рысистых лошадей – конечно, не порода, но такой материал, который при правильном ведении дела и прилитии орловских кровей должен был дать выдающихся рысаков. К сожалению, до сего времени никто не взял на себя труд изучить этот вопрос. Вместо трезвого и объективного изучения состава кутайсовского завода фанатики орловского рысака писали и говорили: раз не орловское – значит, дрянь! Генеалогию кутайсовских лошадей можно найти в заводской книге 1854 года. Я попытаюсь дать оценку того заводского материала, который получил Лейхтенбергский, и для этого мне необходимо несколько забежать вперед.