На 31 августа 1943 г. корпус состоял из следующих частей: I дивизион (1‑й, 4‑й, 7‑й, 8‑й и 18‑й эскадроны), II дивизион (5‑й, 6‑й,12‑й, 20‑й и 23 эскадроны), III дивизион (3‑й, 14‑й, 17‑й, 21‑й и 25‑й эскадроны), IV дивизион Горяева (2‑й, 13‑й, 19‑й, 22‑й и 24 эскадроны). 9‑й, 10‑й, 11‑й, 15‑й и 16‑й эскадроны действовали за линией фронта, то есть примерно 400 человек остались действовать на территории Калмыкии.

Значительная часть личного состава была представлена туркестанцами и даже русскими. Так, из 139 членов ВКП(б), ушедших вместе с корпусом, было 104 калмыка, 34 русских и 1 эстонец⁵⁷⁹.

На вооружении корпуса находилось 6 минометов, 15 станковых и 15 ручных пулеметов, 33 немецких и 135 советских автоматов, советские, немецкие и голландские винтовки, 3 легковых и 5 грузовых автомобилей.

К осени 1943 г. кавалерийский корпус использовался для охраны коммуникаций на правом берегу Днепра, будучи в подчинении 444‑й и 213‑й охранных дивизий и командования тылового района 6‑й армии.

После дополнительной мобилизации, проведенной в лагерях для военнопленных, в том числе путем вербовки казахов, киргиз и бурят Корпус несколько расширился. Теперь он состоял из 4-х дивизионов шестиэскадронного состава и штабных эскадронов (по одному при штабе дивизиона и, вероятно, один – при штабе «корпуса». Итого – 29 эскадронов). Кроме того, при каждом дивизионе имелся якал – эскадрон (охотничий, истребительный), основной задачей коих было истребление партизан и лиц, заподозренных в связях с ними. А всего в 4-х дивизионах «корпуса» было 33 эскадрона общей численностью до 3500 человек строевого состава.

Кроме строевых подразделений, при «корпусе» была и так называемая цивильная группа, имевшая в разное время от 500 до 800 человек. Это были гражданские лица, родители, жены и дети служащих корпуса, а также сами военнослужащие, выбывшие по болезни или ранению из строевых подразделений, но привлекавшиеся к хозяйственным работам. Вместе с гражданским персоналом численность ККК составляла 4000–4300 человек.

Долл считал себя единственным вдохновителем корпуса и крайне неодобрительно относился к попыткам вмешательства извне. Издаваемые с большим трудом Балиновым в Берлине журналы он приказал сжигать и вел себя совершенно самостоятельно⁵⁸⁰.

Его правой рукой был экс-бургомистр Элисты Бембя Цуглинов, назначенный председателем полевого суда корпуса.

Эскадроны были с самого начала организованны по территориальному и родственному признаку, так, в 1‑м и 2‑м дивизионах состояли в большинстве тургуты, в 3‑м малодербеты, в 4‑м дербеты и донские калмыки.