С. И. Вавилов, 4 марта

С. И. Вавилов, 4 марта

Весна началась. Появились жаворонки, хотя иногда дует очень скверный и холодный северный ветер. Весна, конечно, минская, медленная, болотная. По дорогам ни верхом, ни пешком, ни на колесах, ни на санях не проедешь. Желтый мокрый снег проваливается, как каша, под лошадью, и каждую минуту боишься сломать себе шею. Но в воздухе уже вполне ясная острота и свежесть весны. Пост, солдаты говеют. Совсем весна. Ходят слухи, не нынче завтра готовится наступление в районе Барановичей. В чаянии будущих триумфов заготовили сараи для пленных, а командиру дружинной роты прислали раскладку довольствия пленных. Пожалуй, не к добру.

С. Г. Уралов, 5–6 марта

С. Г. Уралов, 5–6 марта

Созыв Государственной думы и ее работа опять внесли оживление в нашу жизнь. Начинается усиленная работа по некоторым законопроектам, имеющим огромное влияние на весь ход нашей государственной жизни.

Призыв студентов начинает волновать студенческие круги. Позиция воюющих держав стала ясна многим только теперь, только сейчас поняли, что война ведется во имя денежного мешка. И хотя многие социалисты мира ослеплены, тем не менее студенчество вероятнее всего, что выступит с протестом. <…>

Пришлось быть на общегородском собрании рабочих по вопросу участия в военно-промышленных комитетах. На собрании говорилось много правдивых, сильных и ярких слов – об угнетении. Один оратор выразился: «Мы теперь в двойных цепях – на руках и на ногах. Вдобавок и рот зажат». «Расстрел и Сибирь – вот что дают нам теперь», – замечали из толпы. «Свободы, свободы!» – вот единодушное требование собравшихся. В заключение были приняты резолюции, подчеркивающие сильное угнетение и закрепощение рабочих. Решено послать эти резолюции Чхеидзе. Выбрана комиссия для организации предвыборной кампании. Из высказываний ораторов я узнал, что рабочие в комитеты не пойдут. Я свою позицию выяснил окончательно и всецело присоединяюсь к позиции большинства. Впечатления сильные.

В. А. Теляковский, 7 марта

В. А. Теляковский, 7 марта

Сегодня весь Петроград занят разговорами по поводу статьи в «Биржевых ведомостях», где, между прочим, помещен разговор бывшего министра внутренних дел Хвостова с его бывшим товарищем Белецким. Рассказывал Белецкий, почему он покинул пост и как Хвостов через некого Ржевского организовал предполагаемое убийство Распутина, для чего Ржевский был тайно послан Хвостовым в Швецию. Много рассказов мы слышали, но подобного циничного разоблачения высших правительственных чиновников, обвиняемых в самых ужасных преступлениях, ничего подобного никогда еще в печати не было. Такие статьи, да еще товарища министра, назначенного генерал-губернатором в Иркутск, показывают, до чего дошло современное состояние царских слуг, совершенно забывших, что у нас теперь война с Германией. На днях в Думе было секретное заседание, в котором военный министр доложил, что в результате забастовки рабочих мы не доделали 400 орудий. Забастовками, говорят, руководит Митька Рубинштейн на немецкие деньги!!! Бедная Россия.