В СССР крылатые ракеты разрабатывало МАП в ОКБ-52 Челомея (Реутов, МАП) – для ВМФ, МКБ «Радуга» Березняка А. Я. (исходно – филиала ОКБ-155 А. И. Микояна) и ОКБ «Новатор» Л. В. Люльева (Екатеринбург). Челомея ряд историков обвиняли в использовании влияния на Хрущёва (в ОКБ-52 работал сын Хрущёва С. Н. Хрущёв), но это «влияние» было весьма ограниченным и по времени, и по тематике работ. В частности, достижения Челомея в области крылатых ракет были использованы только ВМФ и в 60–70-е годы здесь произошло отставание от американцев, – видимо, и потому, что работы ОКБ-52 (ЦКБМ) Челомея переориентировали на создание МБР. Челомей в кооперации с другими предприятиями «оборонки» создал не только КР, но и системы их наведения на цель, – в том числе спутниковую систему, позволявшую обнаруживать корабли противника и наводить на них ракеты со своих кораблей и самолётов прямо по сигналам спутников. Во многом благодаря Челомею была создана и спутниковая система первого этапа ПРО для обнаружения старта баллистических ракет с континентов, морей и океанов – она была принята на вооружение 25.12.1996 г.

«Диалектика развития мировой техники проявилась в том, что … через несколько лет после снятия с вооружения последнего П-5, – в начале 60-х годов, – в США началась разработка нового поколения крылатых ракет. Прогресс достигнутый за два десятилетия в миниатюризации систем управления и ЯО, а также отказ от достижений сверхзвуковых скоростей полёта позволили создать образцы с дальностью полёта 2–3 тыс. км в габаритах, обеспечивающих их пуск из обычных торпедных аппаратов подводных ложок. Масса КР уменьшилась в 3–4 раза по сравнению с П-5. Сокращение габаритов в сочетании с реализаций конструктивных решений… обеспечило радикальное снижение эффективной поверхности рассеяния… Проблему точности наведения решили сочетанием инерциальной системы наведения с коррекцией по отражённому радиолокационными средствами рельефу местности» (см. [66], с.400).