С 1953 по 1960 год (до инцидента с Пауэрсом) американцы запустили в воздушное пространство СССР более 12,5 тысяч разведывательных шаров-зондов (программы «Могол», «Скайхук» – «Небесный крюк, WS-119R – «Гофер», «Граб Бэк»). Эти зонды летели по западному ветру стратосферы на большой высоте, обычно недосягаемой для самолётов. Их запускали в Западной и Северной Европе, спускали и вылавливали на Дальнем Востоке. Конечно, многие шары терялись, а более 500 шаров удалось сбить. Сбивать шары было сложно не только из-за большой высоты полёта, но и из-за их ячеистой структуры, – они не падали после «простого» прокола пулей или снарядом. Но часть шаров выполняла свою задачу и «привозила» фотоснимки территории СССР и другие разведданные. Конечно, сложности здесь состояли в том, что крупные фотоаппараты с высоким разрешением и массой 3–4 Т поднять могли только очень крупные шары (запускали и такие), съёмкам мешала облачность и дымка, непросто было тогда определить координаты снимка. Но информация с шаров-зондов дополняла информацию, полученную с самолётов и из других источников, включая и агентурные. Полёты шаров, а затем и ракет породили множество наблюдений всякого рода «НЛО», которые «власти» и США и СССР никак не объясняли. А американцы распространяли и всякого рода дезинформацию, чтобы и подогреть сумбурный интерес к «НЛО» для маскировки своих запусков, в то же время дискредитировать все негосударственные исследования НЛО (например, в рамках программы «Голубая книга»). Во всех этих случаях власти США только поощряли истерику по поводу «Летающих тарелок», с расчётом на то, что в Советском Союзе не будут обращать особого внимания на появление разведывательных воздушных шаров, так как примут их за такие «НЛО», которые появляются «везде».

Запуск аэростата с авиабазы Холломэн, Нью-Мексико

США для разведки советских военных и экономических объектов посылали в СССР самолёты-разведчики (см. http://www.militaryparitet.com/nomen/usa/avia/data/ic_nomenusaavia/16/), – эта деятельность активно началась весной 1949 года после Берлинского кризиса, – как бы «в отместку» за него. Но фактически эта активизация разведки осуществлялась для подготовки войны по плану «Дропшок». Для разведки посылали самолёты скоростные, высотные и с мощным оборудованием для сбора разведывательной информации: для фотографирования и киносъёмки, записи сигналов радаров (РЛС) и радиопереговоров, отбора проб воздуха. США пытались представить такие полёты над территорией СССР, как «ошибки», как полёты самолётов «метеоразведки», но понятно, что эти объяснения – ложь для «легковерных». Разведка с самолётов встречала большое противодействие в ходе развития средств обнаружения и средств ПВО – самолётов и ракет. Поэтому полёты самолётов-разведчиков являлись военными провокациями и делом весьма опасным: часть из них погибала от атак истребителей. Ставка на крупные высотные и скоростные самолёты, например, RB-47 (на базе переоборудованных бомбардировщиков В-47), сначала себя оправдывала, но потом советские РЛС их стали обнаруживать, наводить на них истребители, и не все разведчики успевали уйти от уничтожения, – всего сбили 11 самолётов-разведчиков. Тогда ставку попробовали сделать на небольшие самолёты с увеличенной высотой полёта благодаря большей миниатюризации их бортового оборудования – RF-80 Shuting Star, Lockheed U-2, Lockheed А-12 «Архангел» (высота до 25 тыс. м), Lockheed_SR-71_Blackbird. А крупные высотные самолёты «Геркулес», «Орион» практически постоянно совершали полёты вдоль советских границ.