Если самоанализ и самосознание не являются надежными источниками серьезных отношений и ясности, то свобода сама по себе не может обеспечить социальную активность и требует очень высокой психической цены от социальных субъектов. Свобода нуждается в ритуалах для достижения социальной солидарности, которую Хоннет называет социальной свободой. Ритуалы создают общую эмоциональную направленность, которая не требует самоанализа или постоянного саморазвития и самоконтроля желаний. Однако такие ритуалы социального общения в значительной степени исчезли и заменились неопределенностью, которая, в свою очередь, требует основательного психологического самоуправления, означающего глубокую трансформацию желания, которое больше не определяется ни «высокопарными» терминами, ни способностью преодолевать социальный порядок. Секс и любовь больше не являются сферой, где личность может противостоять обществу. Сексуальность и интимность стали сферой проявления преимущественно экономической личности и больше не могут оставаться источником творческой напряженности между индивидом и обществом. По словам Ирвинга Хоу:

В каждом тоталитарном обществе существует и должно существовать серьезное противостояние между государством и семьей просто потому, что государство требует абсолютной преданности от каждого человека и начинает рассматривать семью как главного конкурента подобной преданности. Таким образом, защита «консервативного» института семьи становится при тоталитаризме крайне разрушительным актом⁵⁵¹.

Хоу ссылался на тоталитарные общества, но не обратил внимания на завуалированные способы, благодаря которым наше собственное общество — его экономика и политика — так же глубоко проникло в семью, сексуальность и любовь, которые больше не могут играть роль «последнего прибежища человеческих ценностей». Сексуальность и любовь теперь преимущественно являются областью воспроизводства потребительского капитализма и оттачивания навыков уверенности в собственных силах и самостоятельности, востребованных и практикуемых повсеместно. В своей книге «Человек без гравитации» (L'homme sans gravité) (2005) французский психоаналитик Шарль Мельман утверждает, что современные общества перешли от желания к обладанию, где желание регулируется недостатком и запретом, в то время как обладание заключается в неограниченной потребности найти немедленное удовлетворение в объектах, существующих в изобилии. Таким образом, обладание является истинным режимом желания в потребительском обществе, где объекты, эмоциональные реакции и сексуальное удовлетворение вытесняют нравственную основу личности. Но обладание не может должным образом найти или сформировать объекты взаимодействия, любви и солидарности.