Де Голль пренебрежительно называл Миттерана Растиньяком, сравнивая с честолюбивым персонажем известных произведений Оноре де Бальзака. Миттерану хотелось блестящей карьеры. Он мог или служить правительству в Виши, или присоединиться к Сопротивлению. Он выбрал правительство. И не так плохо прожил эти годы. Вознаграждая себя за несчастную любовь, он заводил один роман за другим.

Хорошему настроению Миттерана не мешало то, что он служил государству, которое фактически заключило союз с Гитлером. Французское правительство помогало германской военной машине, отправляло в Германию сырье и посылало молодых французов работать на немецких заводах. Добровольческое подразделение войск СС «Французский легион» отправилось на Восточный фронт сражаться против Красной армии.

Сестра Миттерана была замужем за крупным чиновником в Виши, и по протекции Франсуа получил работу в комиссариате помощи возвращающимся военнопленным.

В Виши господствовали мерзкие настроения – антикоммунизм, антисемитизм, ненависть к республике, что быстро трансформировалось в симпатии к фашизму. Французам никогда не хотелось этого признавать, но нацистов во Франции было предостаточно.

Молодой писатель Жорж Сименон, которому еще предстояло прославиться своими детективами, работал тогда в газете города Льежа. Он написал серию из восемнадцати статей под общим названием «Еврейская угроза», основанную на печально знаменитой фальшивке «Протоколы сионских мудрецов». После войны Сименон себе такого уже не позволял, но евреи-преступники или вызывающие неприязнь евреи неизменно возникали на страницах его романов о комиссаре Мегрэ…

Весной 1943 года Франсуа Миттеран получил из рук маршала Петена высшую правительственную награду и носил ее с гордостью. Большинство французов были просто конформистами, которые охотно подчинялись любой власти. Удивительно, что в конце концов Миттеран порвал с Виши и присоединился к Сопротивлению.

– Я участвовал в Сопротивлении, – гордо говорил Франсуа Миттеран, – одним из руководителей которого стал в двадцать пять лет. В своих мемуарах генерал де Голль называет меня среди тех, кто обеспечивал связь между Сопротивлением во Франции и его организацией в Англии.

В реальности де Голль подозрительно относился к бывшим военнопленным, которых представлял Миттеран. Он считал, что большинство сдалось в плен без сопротивления. Таких солдат он не уважал. Генерал и его окружение считали, что если бы армия сражалась, не было бы такого позора.

Может быть, поэтому Миттерану так не нравилось, что все вокруг восхищаются подвигами генерала Шарля де Голля.