– Мы оба знаем, что в холмах случаются странные вещи. Со мной они начались в первый же день и первое сто случилось было безобидным, но дальше меня это стало тревожить. Я понял, что все это неспроста.

– А поподробней ты не можешь? – спросила Марина.

– Не сегодня, поверь это очень долгая история и я не готов ей поделиться.

– Жаль, – сказала Марина, – а то у меня появился бы повод задержаться еще на денек.

Я улыбнулся и продолжил.

– Однажды я встретил мальчика, только потом я узнал, что это Нильс.

– Ты серьезно? – перебила меня Марина, – Смотритель существует?

– Да, я встречался с ним трижды и один раз вместе с Ритой в ту ночь, когда ты подобрала нас на дороге.

– Все это очень любопытно. Похоже ты зачем-то нужен городу если сам смотритель является к тебе.

– Наверно, – ответил я, – но меня это совсем не радует. Я всего лишь хотел тихонько быть счастливым вместе с Ритой. Последний раз у меня были странные видения и в одном из них я оказался на набережной, где рисовал Берэ. Много рисунков валялось на мостовой и на всех была Рита. Я подобрал один из них и когда Нильс вернул меня в реальный мир этот рисунок остался со мной. Не спрашивай почему, но сейчас я не могу оставить его у себя и тебя прошу отнести его к Рите домой иначе может что-то случиться.

– Никогда бы не подумала, что такое возможно. Хотя всю жизнь прожила в Серебряных Холмах.

– Почему ты вчера сказала портреты несуществующей девушки? – спросил я, – Даже я знаю, что это графиня.

– Не думала, что ты настолько с ней знаком, чтобы знать это. Об этом известно единицам.

– Я был у нее дома и видел портрет, который ты ей подарила и фото на каминной полке.

– Сейчас это уже не имеет значения, а когда Бертран ее рисовал никто об этом не знал. Спасибо тебе Патрик за откровения и давай оставаться на связи. Если мне что-нибудь станет известно о Рите я сразу же позвоню.

– Я рад что мы встретились, ты мне очень помогла, и я ценю это.

– Да, ладно, Патрик, я сейчас расплачусь. Давай проводи меня до машины.

На прощание мы обнялись как старые друзья и, дождавшись, когда машина Марины совсем скрылась из вида, я неспеша пошел к дому Бориса.

Я шел по тихим, сонным, утопающим в солнечном свете улочкам крошечного городка и с каждым шагом обретал былую уверенность. Визит Марины может и не помог вернуть Риту, но он помог мне в целом. Когда она вчера обняла меня на вокзальной скамейке, то сумела вернуть частицу меня прежнего. Очень помог и Борис. Увидев его здорового и полного сил, я тоже получил надежу и уверенность. Что случилось, то случилось. Я уже ничего не мог вернуть и изменить. Я просто должен жить дальше.