За ужином мы по большей части обсуждали Берэ, лишив Флору возможности участвовать в беседе. Она не знала о ком мы говорим и тихонько ела свой ужин. Потом так же тихонько помыла посуду и собралась домой. Борис проводил ее до калитки, а когда вернулся мы с выпивкой перебрались на веранду.

Сумерки в этих местах были красивыми. Солнце садилось как раз со стороны холмов, едва касаясь кромки леса. Борис наверно привык к этим красотам, а я любовался и помалкивал в очередной раз наслаждаясь минутами покоя. А Борису с Мариной было не до красот, им не терпелось уединиться в спальне. Я не мог их осуждать, я даже завидовал, а они, уже не стесняясь меня вовсю целовались. Я понял, что мне опять придется спать в гостиной.

Когда они ушли в дом совсем стемнело, но мне не хотелось уходить. Я подлил коньяка и погасил свет. Мне было хорошо в моем одиночестве, и я не заметил, как заснул.

Проснулся я ночью от холода и сильной эрекции. Шалости Марины и Бориса не могли пройти бесследно. Я вспомнил ее на озере. Изящные изгибы ее тела и капельки воды, катившиеся по загорелой коже. Ее тело словно само просило прикоснуться к нему. Я выпил рюмку коньяка и подумал, что для меня тоже лучше, чтобы Марина уехала.

В доме было тихо, но я не рискнул оставаться в спальне и взяв одеяло снова улегся в гостиной. Никогда не думал, что окажусь в такой ситуации, но все когда-нибудь случается в первый раз. Я вспомнил историю отношений Марины с Бертраном и это помогло мне заснуть.

Утром я снова проснулся от того, что Флора хлопотала на кухне. На этот раз я спал в шортах и футболке, поэтому поднялся и прошел в столовую в поисках кофе.

– Доброе утро. – сказала Флора, она хотела добавить что-то еще, но не решилась.

– Привет, утренняя фея. Тебе наверно мешает наше присутствие? – Спросил я.

Не знаю зачем я это спросил. Это было и так очевидно, а Флора только смутилась от моего вопроса, но почему-то сегодня мне совсем не хотелось беречь эту фарфоровую куклу. Я хотел ее малость встряхнуть. Донести до нее, что, если они будут вместе, Борис не останется в этой глуши, де нее у него была совсем другая жизнь и рано или поздно он к ней вернется и Флоре придется столкнуться со многим, что гораздо серьезней нашего с Мариной визита.

– Флора, не сердись на нас. – сказал я, – Борис мой друг и я уверен, что теперь, когда он снова здоров он не сможет долго оставаться в этой глуши. Он зачахнет от такой жизни даже рядом с тобой. Это лишь вопрос времени, когда он захочет вырваться и ты должна быть к этому готова. Готова к тому, что тебе придется повстречать немало Марин и Патриков.