Бастет фыркнула, как бы говоря, что это и имела в виду.

— Ого! — заинтересовался Гор, и кошка с облегчением всучила ему бутылёк в руки, — Сешат щедра к тебе… — подтрунивая над другом, нюхая и заглядывая вовнутрь, — знаешь, если не вдыхать сей «аромат», то выглядит эта… хм… жижа… как небо в ясную звёздную ночь…

Инпу непонимающе посмотрел на брата, выхватил кувшин из его ладоней, заглянул туда, а затем его лицо просияло.

— Дуат знает, что надо делать, лишь бы в Маате поняли и ждали, — медленно проговорил бог под внимательными и недоумевающими взглядами друзей.

Путешествие в один конец. Маат.

Перед поездкой в столицу Египта Мемфис Линда, а теперь и новоиспечённая Бахити или, как называли её жрицы храма Инпу, белая жрица заглянула к матери прелестной девочки Инпут. Та спала, утомлённая событиями вчерашнего дня и успокоенная повязками с мазью на руках, ногах и глазах. Камазу не обманул, и её здоровьем занимался целитель, приглашённый жрецом. Девочке также ничего не угрожало.

Выйдя из храма и запахнув льняной, длинный до пят, тёмно-синий халат, который укрыл от нескромных мужских глаз её нижние полупрозрачные лёгкие платья, белокурая женщина неспешно прошла к верблюдам, жаждущим тронуться в путешествие по кажущимся бескрайними пескам Сахары. Портер обернулась к величественному храму, и сердце неприятно ёкнуло. Она ведь не вернётся сюда?

Линда пыталась внутренне собраться и не пенять на судьбу, что забросила её в прошлое, ведь в конце концов всё, что с ней сейчас происходит, могло быть просто сном, комой, а встреча с Инпу — иллюзией. Но вот только что делать с его обещанием вернуть ей сына? Это не было безумием? Не должно быть… или всё же да?

Камазу неторопливо шёл по направлению к ней, по пути рассматривая упряжь кораблей пустыни, раздавая указания тем, кто будет сопровождать их в странствии. Они поприветствовали друг друга лёгкими поклонами.

— Готова ли ты, Бахити? — он заинтересованным взглядом обвёл её лицо, пытаясь прочесть на нём эмоции.

— Ты хочешь знать, страшусь ли я? — переспросила его Линда.

— Это опасное путешествие: близкое присутствие власти, убийца, намерения которого неизвестны, но тем не менее уничтожающий видных царских сановников, что мы там найдём? — жрец не сводил с неё глаз.

Девушка задумалась, но затем ответила:

— Камазу, умереть не страшно, когда у тебя нет того, к чему желаешь вернуться.

Мужчина вздрогнул и посмотрел в сторону храма. Теперь ему было чем рисковать, и он не спешил отправиться в последний путь, сулящий ему опасное для жизни присутствие у ног солнцеликой Хатшепсут. Но по-другому он не мог. Великая царица благоволила культу Инпу из-за любви и почёта среди простого народа, а также из-за даров и податей, что нескончаемой рекой лились в закрома фараонов. Вера в бога смерти, страх перед неизвестностью и желание во что бы то ни стало заполучить себе тёплое местечко в египетском раю толкало людей на огромные траты, отказ от земной жизни и подчинение её подготовкой к загробной. Линда не думала, что Камазу был настолько наивен, чтобы не понимать этого, но его благие поступки говорили и о том, что он тоже верует.