Линда физически почувствовала насыщенную тёмными оттенками ярость обычно флегматичного Анубиса.

Он дрожал, когда произносил следующее:

— Ты не верил мне, когда я сказал, что в Дуате появился тот, кто хочет получить власть над всеми тремя мирами, я привёл тебе живое доказательство, ты обещал найти предателя, но перед нами погибшая богиня…

— Я больше не владею ключами от Маата, — эта информация стала сродни грому среди ясного неба.

Линда, ставшая вольной или невольной, тут уж как посмотреть, свидетельницей этого разговора, готова была провалиться сквозь землю.

— То есть ты хочешь сказать, что Анх жизни утерян? — нарочито медленно повторил Инпу, пытаясь держать себя в руках даже в такой ситуации.

— Я использовал Ключи, чтобы заглянуть в то время, когда тот, кто творил беззакония, появлялся там, но он словно бы подчистил свои следы, я не мог узнать, кто он, также я не знаю, когда он пользовался ими, я больше не владею Анхом, — пояснил Осирис.

— Как такое вообще возможно?! — вскричал Инпу.

— А как возможно то, что ты, доверившись Хаосу и человеку, спрятал ключи от бездны? — встречный вопрос. — Всё имеет последствия… — Осирис глубоко вздохнул и пронзительно посмотрел на сына.

Одинаковость между ними не была очевидна, но что-то неуловимо всё же присутствовало. А вот разнило их многое. Отец, не имевший возможности воспитать сына, и сын, не знавший отеческой любви.

— Я попытался спасти положение, ведь если Анх смерти будет в руках у предателя, а мы точно знаем, что он в Дуате и он бог, — Инпу еле сдержался, чтобы не взглянуть на бледное лицо матери, обрамлённое каскадом чёрных волос, болезненно поморщившись, — то можно представить себе, то можно представить себе, что произойдёт.

Обнажённой кожей плеч Бахити ощутила сквозняк и резко повернула голову к предполагаемому источнику. Почти в середине залы стоял воплотившийся из воздуха и теней Сет. Увидев, что его внимательно рассматривает смертная, он заговорщицки подмигнул.

— Инпу, — ещё раз позвала Портер, сожалея о том, что молчала, и желая сейчас рассказать богу о сделке.

Тот было повернулся к девушке, но бог войны привлёк всеобщее внимание.

— Я услышал зов Анубиса, — произнёс он высокомерно, — ну и зачем вы оторвали меня от дел? — он начал подходить ближе и остановился как вкопанный, заметив распластавшуюся на полу богиню. — Что это? — он казался встревоженным, и голос отразил его состояние.

Ещё секунда, и он стремительно кинулся к женщине и встал на колени, хватая ту за руку, пытаясь растормошить.

— Что это? — поднял он почерневшее лицо к богам.