— Она мертва, — глухо ответил Анубис.

— Как такое возможно? — теперь он вопрошал Осириса.

— Если убийца — бог, возможно всё, — подал голос Царь богов, он уже не был так безмятежен, как ранее, видя состояние Сета.

— Как такое возможно?! — Сет принялся ощупывать тело жены, тормошить её, пока из-под её спины не извлёк Анх жизни, залитый кровью богини.

Мужчина вскочил и, вертя его в руках, посмотрел на присутствующих.

— Я прибыл сюда и нашёл, — начал спокойно Осирис, но в голосе ощущалось предвестие растерянности, как будто Царь богов пытался вернуть пропавшую на миг былую уверенность, — Небетхет, лежащую на полу, и сразу понял, что мертва, — закончил он и протянул ладонь к брату, намереваясь забрать ключ из его рук.

Но тот медлил, а Линда заметила нечто инфернально-злое, мелькнувшее красным предвкушение во взгляде.

— Она была убита, — Сет встал с колен и произнёс эту фразу так, будто начал зачитывать обвинение, — и ты был рядом с ней в этот момент, — он прищурил глаза, подозрительно оглядев его.

Осирис требовательно тряхнул рукой, и бог войны наконец-то передал артефакт.

— Я обнаружил её… — взор Царя богов вдруг вспыхнул огнём недовольства, щёки мигом покраснели от еле сдерживаемого гнева, затем он прямо высказался, — ты подозреваешь меня в смерти богини, а может, вообще в вероломстве?!

Сет, с подозрением окинув его взглядом, продолжил свою обвинительную речь:

— Ты был здесь один, обладая таким могуществом, какого нет ни у кого из нас, вполне возможно, что именно ты мог убить Нефтиду.

— И зачем мне это делать? — Осирису удалось взять себя в руки.

Сет немного сконфузился при виде вновь обретённой уверенности в себе брата, но продолжил.

— Какая-то страшная тайна, связанная с предателем, к примеру, — гнул свою линию бог войны.

— Не гневи меня, Господин Юга! — проревел, как тысяча водопадов, Осирис.

Линда обмерла, чувствуя, как в помещении поднимается ветер. Инпу попеременно смотрел то на одного, то на другого, не вмешиваясь, стараясь понять, что происходит и что делать дальше.

— Анх жизни у тебя, предатель ходил в Маат, когда ему заблагорассудится.

— Мотив? — Осирису вновь удалось взять себя в руки перед расслабленным и уверенным в своих словах братом.

— Власть, больше власти, — Сет наметил улыбку, но его глаза остались такими же холодными.