Наступило уже время плодоношения!

Жатва ли это, сбор плодов; позднее ли лето, ранняя ли или уже поздняя осень — сказать трудно; но, во всяком случае, то солнце, которое взращивало эти плоды, перешло за меридиан и склоняется уже к западу".

"Запад близок к своему полному распаду, первым и самым очевидным признаком которого является логический рационализм (предельный панлогизм) и юридический формализм, пронизавшие его философию, науку, политику и, главное, религию.

Рассудочность западного просвещения вытеснила все другие стороны человеческого духа и стала причиной внутренней борьбы и социальных потрясений.

Сама католическая церковь своим стремлением к светской власти, насильственным насаждением христианства исказила собственную общественную роль и предназначение, породила протестантизм, рационалистическую философию, доведенную до материализма и атеизма.

Историческая жизнь славян, русских складывалась иначе. Изначально они обладали высокой духовностью; жили свободными общинами; им была чужда агрессивность в отношении других народов, жажда власти и аристократизм. Без насилия, "мирной проповедью" Русь приняла христианство как веру, близкую духовному складу народа.

С самого возникновения православная церковь, в отличие от католической, несла в себе демократизм, сохраняла верность заветам Христа".

Часть V. Главная тайна западноевропейской христианской цивилизации

Часть V.

Главная тайна западноевропейской христианской цивилизации

Gi nemo ex me quaerat, scio;

Si quaerenti explicate velim, nescio.

Когда меня никто не спрашивает, — знаю;

Когда хочу спрашивающим объяснить — не знаю.[10]

I. Вопрос, за которым скрывается тайна

I. Вопрос, за которым скрывается тайна

Рассмотрим и разберем очень важный вопрос, сформулированный в работе [36], изданной в XIX веке, чтобы найти на него ответ, соответствующий представлениям конца XX века.

Как христианская церковь, так и все называющие себя церквами христианские общества одинаково признают своим основанием Божественное Откровение и всякое учение, отвергающее Откровение, не признают уже христианским. Следовательно, необходимость Откровения может служить точкой отсчета для обсуждения разных проявлений христианства.

Необходимость же Откровения признается потому, что только оно одно может дать вполне достоверное, незыблемое основание для веры и для нравственности.

Откровение, то есть сообщение созданию воли Божества, можно представлять себе или как непосредственно действующее на его волю, то есть принудительное, действующее как непреоборимый инстинкт или как влияющее на нее опосредованно, через понимание и сознание.