Надеюсь, это был не обмен уведомлениями о начале войны.

Директор явился последним, вместе с гостями. Закатил официальную речь о братстве народов и важности международного обмена, после чего выдал угощение на столы. Хорошо, что у гостей хватило понимания не делать ответный тост под голодными взглядами публики.

Слизеринский стол пустует. У воронов — две ученицы. У барсуков — чуть меньше, чем у грифов. И весь этот скудный коллектив ещё и рассажен по трём столам.

Очень быстро банкет превратился в независимое празднование нескольких автономных групп. Преподаватели обменивались тостами, на которые не обращал внимания никто, кроме президиума. Гриффиндорцы просто продолжили гудёж, от которого их оторвали в Хогсмиде. Барсуки в любом месте создают свой собственный уют, и единственное, что их сегодня печалило — две понуро сидящие рэйвенкловки, которых почему-то нельзя пригласить к общему столу.

Я периодически ловил на себе внимательные взгляды главы Дурмстранга. Оно и понятно: за ало-золотым столом, отделившись от кабацкой гулянки, сидит тощий первокурсник в парадной мантии и орудует столовыми приборами так, будто он дальтоник и перепутал красное сукно с зелёным. Каркарову, конечно, рассказали, кто я такой, равно как и то, что я немой, так что отсутствие меня в общей компании объяснимо. Ну а мне посоветовали не выделяться, вот я и не выделяюсь: сижу там же, где и всегда. Мне Дамблдора не дразнить — важнее, чем этих двух залётных.

Я внезапно осознал, что в Хогвартсе ещё никто не знает, что я могу говорить. Я был слишком занят в эти дни, чтобы общаться с оставшимся на каникулы коллективом. Что лучше: обрадовать окружающих этой новостью или приберечь информацию? Если приберечь, то для каких целей?

Если на банкетных столах вместе с блюдами выставлены пирамиды огромных хлопушек, рано или поздно они начинают стрелять. Начало положил Джордж, громыхнув пушечным залпом и накрыв гриффиндорскую компанию облаком синего дыма. На стол около МакГонагалл плюхнулось несколько живых белых мышей.

Дамблдор грохнул в ответ — и по макушкам хаффлпаффцев забарабанило дождём разноцветных леденцов.

Хлопушка Фреда заменила директорский колпак на цветочную шляпу.

Хлопушка Каркарова обляпала ворониц болотной грязью. Я слегка поморщился: то ли это такой восточноевропейский юмор, то ли русские не умеют пить.

Оказалось, ни то ни другое. Перестрелки продолжились: на столы обрушивались разноцветные шарики, убегающие от рук монетки, какие-то карнавальные шляпы и игрушечные фигурки… А вот хлопушки Каркарова извергали исключительно туалетный юмор: грязь, болотную тину, содержимое продуктовой помойки, дождевых червей, оглушительно разрывающиеся после падения петарды… Что характерно, атаковал он исключительно сапфировый стол.