В заливе за Плутоном флот Сигизмунда вырвался из клубка кораблей Альфа-Легиона, когда в схватку ворвался “Монарх Огня”. “Три Сестры Злобы” кружили в кильватере большего корабля.

И на орбите Плутона с неторопливой жестокостью двигалась “Фаланга”, облачённая в золотые и красные цвета разрушения императрица войны путешествовала по своим владениям, а свет её орудий стал блеском драгоценностей в короне.

Перед ней лежала Гидра.

Пять

Пять

 Хранилище-278, спутник-крепость Гидра

Орбита Плутона

– Ты жив.

Архам услышал голос. Он почувствовал привкус во рту, но не железа, а озона. Веки задрожали…

Боль.

Резкий и яркий мир, мир игл и ножей. И хотя он не открыл глаза, он знал, что над ним висит хирургическое устройство и удерживает рёбра открытыми, пока опускает новую часть плоти в его тело.

– Одно из твоих сердец ещё бьётся, я слышу его.

Он чувствовал пульс, каждый удар протягивал острую нить по венам, каждая секунда была краснее и ярче, чем предыдущая.

– Выживание маловероятно. Мне жаль. Ты заслужил большего. Все мы заслужили большего.

Веки шевельнулись.

– Добрый перерезал бы тебе горло, но сейчас не добрая эпоха.

Лёгкие всасывали воздух, и он ощущал удары оставшегося сердца. Мир стал белой сферой, которая держала его, до сих пор держала его, пылая внутри и снаружи. Он не мог говорить. Это было уже слишком. Его победили.

– Я… – произнёс он, удивившись, что слово покинуло губы. – Я… не… подчинюсь.