— Нет. Такие как мы с тобой не умирают. Мы становимся свободными и можем уйти за Грань.

— Какую грань?

— Однажды ты поймёшь, а пока… Тебе обязательно стоит отпустить ту, что ты любишь больше всего, — старик холодно посмотрел на женщину. — Поверь мне снова. Так будет лучше.

— Это моя мама! — упрямо возразил мальчик и ухватился за ладонь единственного родного существа.

— Тем хуже, — печаль в голосе Пророка не была притворной, но он не стал ничего больше говорить. — Идём.

Они все вместе начали подниматься по мраморным ступеням, едва уловимо сияющим тёплым светом. Вид вокруг, да и сам белоснежный дворец стоили того, чтобы изумляться, но мальчик не испытывал подобного чувства. У него не было и страха. Лишь отчётливое нежелание и осознание острой необходимости поселились в нём.

Слишком яркие, противоречивые и нетипичные для такого юного создания ощущения!

Роскошные залы оставались без внимания, а Пророк и жрецы спускались всё ниже и ниже. Владыки не последовали за ними, молчаливо останавливаясь на середине долгого пути. Но ребёнок не ощущал усталости или интереса к происходящему. Все его мысли занимало лишь желание и дальше не отпускать ладонь матери.

— Мы пришли, — произнёс старик в какой-то момент. Судя по голосу, тот запыхался, но старался этого не показывать.