– О-ля-ля! Первая кровь! – рассмеялся Угорь и вновь атаковал.

Я отбил выпад подсвечником и проворно отпрыгнул, но Ланзо не собирался затягивать схватку и усилил натиск.

Клац-клац-клац!

Я встретил атаку во второй позиции, а после обмена ударами фехтовальные премудрости напрочь вылетели из головы. Противник превосходил меня на голову, все, что оставалось, – это беспрестанно отступать, отбиваясь шпагой и подсвечником. Изловчившись, Угорь провел точный укол в грудь; нанизать меня на шпагу помешала кольчуга. Но совсем уж без ранений не обошлось: острие даги оставило неприятную царапину над виском. К счастью, кровь текла по скуле и не заливала глаз.

К счастью? Так себе счастье, если уж на то пошло! В голове шумело все сильнее, левая рука едва удерживала подсвечник, и парировать им удары удавалось со все большим трудом.

Вовремя опрокинутым стулом я сбил очередную атаку живоглота и укрылся от него за круглым столом в тщетной попытке хоть немного восстановить сбившееся дыхание. Ланзо тоже умерил пыл, по его раскрасневшемуся лицу катились крупные капли пота, дышал он тяжело и неровно. Впрочем, медлил Угорь вовсе не из-за усталости, просто дожидался, пока мне станет дурно из-за кровотечения.

– Говорил же, – хрипло выдохнул я, – если предложат денег, приходи – обдерем простака как липку!

Ланзо двинулся вокруг стола и нервно мотнул головой:

– Не все делится на двоих! А сдохнуть, как Хорхе, в подворотне – не по мне!

Я шагнул в противоположном направлении, продолжая укрываться от противника за круглой столешницей, и предупредил:

– Пожалеешь!

Угорь лишь рассмеялся:

– Не стоило вообще связываться с тобой! Вспомни ересиарха Тибальта! Мы могли озолотиться, а ты все испортил! Все пустил псу под хвост! Надо было сразу понять, что ты слабак! – И Ланзо выругался, накручивая себя.

Я кинул быстрый взгляд на приоткрытую дверь чулана и напомнил:

– Свое в тот раз ты получил!

– Слишком мало! – рыкнул Угорь и рывком сдвинул стол в сторону.

Чего-чего, а силы и упорства ему было не занимать. Ланзо ринулся вперед и распластался в стремительном выпаде. Я едва успел отвести острие, и тут же шпаги сплелись, Угорь в повороте дернул рукой, и рукоять вырвало из моей ладони.

– Да! – хрипло выдохнул живоглот.

Я на миг опешил и не успел разорвать дистанцию. Ланзо выпрямился и ткнул дагой, предусмотрительно метя ниже края кольчуги.

В бедро словно раскаленный штырь загнали. В запале я отскочил и тотчас взвыл от боли в раненой ноге. Угорь вновь замахнулся шпагой, но под ногу ему попал табурет, удар вышел смазанным и цели не достиг. Я швырнул в раскрасневшееся лицо противника бесполезный теперь уже подсвечник и неловким скачком запрыгнул в чулан. А только навалился спиной на захлопнутую дверь, и меня едва не отбросило в глубь каморки.