– Ты чего это вдруг стал такой разговорчивый? – недоверчиво посмотрел на пленника Валтор.

– Я посредник.

Элиш Турсун изобразил непринужденную улыбку.

– Ну, продолжай, – ткнул его локтем в бок Грир.

– Я выполняю посреднические миссии, – немного нервно произнес Элиш Турсун. – Это моя работа. Только работа. И не более того.

– Он хочет сказать, что готов заключить с нами сделку, – объяснил старику Иона.

– Я не присягал на верность ни господину Дунгаеву, ни кому бы то еще, – уточнил Элиш Турсун.

– Почему же тогда ты называешь Дунгаева господином? – поинтересовался Грир.

– Исключительно из вежливости. Как бы мы к нему ни относились, Кир Дунгаев – выдающаяся личность.

– И тем не менее ты готов идти против него? – спросил Валтор.

– Взвесив все «за» и «против», я пришел к выводу, что так у меня больше шансов остаться в живых. Я не одобряю то, что вы собираетесь сделать. Я не поддерживаю ваши идеи. Хотя какие уж тут идеи – насколько я понял, идей у вас нет никаких. Зато напористости и дерзости у вас предостаточно. Так что не исключено, что ваша затея может увенчаться успехом. В случае же, если верх одержит господин Дунгаев, что так же, я бы сказал, не исключено… – Элиш Турсун ненадолго умолк, после чего продолжил с теми же интонациями, что и прежде: – Скажем так, я не рассчитываю на понимание и снисхождение с его стороны.

Впереди на дороге показались огни трех едущих встречным курсом квадов.

– А вот и гости, – сказал Валтор. – Александр Иванович, с пулеметом управишься?

– А почему нет? – вскинул брови старый рамон. – С чем мне только не приходилось управляться.

– Тогда действуй.

Валтор перебрался на свое место спереди, а Грир встал за пулемет.

– Вот это дело!

Старый рамон взялся за рукоятку и посмотрел на огни впереди через прорезь прицела.

– Только давай по-серьезному, Александр Иванович, – обернувшись, предупредил Валтор. – Без озорства.

– Обижаешь, Валтор. Я свое дело знаю.