– В каком смысле?

– Ты сам говорил, что огонь привлекает хищников!

– Но ты ведь была со мной не согласна.

Регина плотно сжала губы, стиснула пальцы в кулаки, а затем медленно, словно через силу, произнесла:

– Я ошибалась.

Хамерхаузен остановился и посмотрел на нее.

– Прости, что ты сказала?

– Я была не права! – раскинув руки в стороны, Регина чуть подалась вперед. – Ты это хотел услышать?

– Да.

Хамерхаузен подошел к почти уже прогоревшему остову машины и кинул собранные дрова в огонь.

– Зачем ты это делаешь? – не выдержав, топнула ногой Регина.

Хамерхаузен отряхнул руки, ударив одну ладонь о другую, вытер их о полы куртки и только после этого посмотрел на рыжую. Вид у нее был настолько забавный, что рамон не смог удержаться от улыбки.

– Все верно, огонь должен привлечь хищников. Огонь и тепло, – он взглядом указал на палку, отмечавшую нору, из которой вылезла плотоядная лиана.

Сверху из темноты плавно спустился черный парашютик, размером с две сложенные вместе ладони. Края его были оторочены множеством висюлек, похожих на нити разной длины с каплевидными подвесками на концах. Парашютик завис в двадцати сантиметрах от лица девушки. Висел, покачивая висюльками, непонятно на чем держась, и вроде бы ничего более не собирался делать.

Через три секунды рядом с ним завис второй точно такой же парашютик.

Еще через пару секунд – третий.

– Отстаньте! – недовольно взмахнула рукой девушка.

И парашютики разлетелись в разные стороны.

– Пока местное зверье будет любоваться огнем, мы скроемся во тьме, – закончил свою речь Хамерхаузен.

Регина снова поджала губы, на этот раз разочарованно, – такая простая мысль почему-то не пришла ей в голову.