Жаль, что Ворона придется оставить здесь, он спину натер, недосмотрел. Ну да ладно, Мухорка тоже на редкость выносливая кобыла.

Звяк, услышал я за спиной звон монет и стремительно обернулся, но ничего не успел заметить. Черт, неужели я так предсказуем для тех, кто знает меня хотя бы немного? Лицо у Кота довольное – значит, выиграл пари. Или мне все же показалось?..

След был хороший, просто роскошный – даже я, не напрягаясь, видел его. Мы шли по нему быстро, иногда переходя с простой рыси на размашистую. Когда прошло большое количество лошадей, да еще по прямой, – нет необходимости напрягать зрение, чтобы увидеть его.

До заката было еще далеко, солнце только приближалось к линии горизонта, когда впереди показался отряд, двигающийся навстречу нам – частично верхом, а в основном пешком. Что это не бандиты, можно было легко определить даже издали: в егерской форме хватает всяких блестящих предметов – пуговиц, кокард и пряжек. Мы сблизились и действительно увидели егерей, по большей части раненых, сопровождающих группу молодых женщин. Грегор соскочил с коня и бросился к одной из них. «Не иначе это и есть Милица», – подумал я. Так оно и оказалось. Милица горько плакала на плече брата, захлебываясь слезами. Ничего, девочка, все пройдет, все забудется, главное, что жива осталась, и это просто чудо.

– Мы догнали их, – рассказывал один из егерей с повязкой на левой руке, сквозь которую проступала кровь, и с такими пышными усами, что даже Шлон позавидует, – но место там неудобное: с одной стороны крутая гора, с другой болото – не развернуться и не обойти. Часть из них ушла вместе с Говальдом, вот только их оставили. – Он показал на женщин. – Мы положили их не меньше половины, могли бы и всех, но там место такое… Чуть бы раньше догнали, никто бы не ушел. А так – оторвались они, место там такое, гиблое совсем… – Он говорил горячо, повторяя одни и те же слова, словно оправдывался за то, что так неудачно получилось.

Грегор наконец оторвался от своей сестры, продолжавшей горько плакать, и обратился ко мне:

– Господин барон, я хорошо знаю эти места: там есть один путь по распадку, сквозь эту гряду пройти можно, только шагом, и коней в поводу держать надо будет. Тогда они точно мимо не пройдут, другого пути нет! – Он чуть ли не с мольбой смотрел на меня. А ведь их и сейчас как минимум больше втрое, если не вчетверо.

– Веди, – коротко бросил я, и Грегор бросился к своей лошади.

Мы прошли распадок, а попросту ущелье между высоких крутых скал, уже почти в кромешной темноте. Падать здесь особенно было некуда, но поломать пару конечностей вместе с шеей – элементарно. Но обошлось благополучно, и с людьми, и с лошадьми. Что тут еще сказать, кроме как повторить изречение безымянного автора, что удача любит смелых.