— Да, господа, вы меня правильно поняли. Если бы нам удалось перегородить фарватер на входе в гавань затопленными кораблями, мы разделили бы вражеский флот на две части. Часть кораблей останется в порту, не имея возможности из него выйти, другими займемся мы. И потому у меня к вам два вопроса: пойдете ли вы на это и хватит ли нам двух кораблей?

Топить больше двух, по моему мнению, смысла нет. У нас и так после этого останется всего девять единиц.

Еще до прибытия капитанов на борт «Мелиссы» я успел выбрать тех, кто должен лечь на дно. Две старые калоши: «Плохая девчонка» и «Чивандес». Правда, их владельцы и капитаны еще не знают о моем выборе. С «Плохой девчонкой» сложнее, ведь Люк Доринер лишь капитан, а не хозяин, и одно дело лишиться корабля в бою, а другое — утопить, пусть и не без причины. Многие из кораблей у своих владельцев единственные.

Рисковать придется всем. Мы не сможем, набрав добровольцев, отправить корабли на фарватер, наблюдая за происходящим со стороны, ведь корабли, которыми мы жертвуем, могут потопить еще до подхода к бухте. И я ждал общего решения, каким бы оно ни было. То, что предстоит этим людям, — сродни подвигу, а подвиги не совершаются по приказу.

Первым откликнулся Гиун Кничер, сидевший за столом по правую руку от меня. Для начала он крякнул, прочищая горло:

— Я думаю, что лучше всего для этой цели подойдут «Чивандес» и «Порт…» «Плохая девчонка». И я очень хорошо знаю вход в гавань Тробиндаса. Есть там одно местечко, всякий раз, когда проходишь его, всем морским богам молишься. Вопрос только в том, чтобы утопить корабли поперек фарватера.

И еще, господин де Койн, если вы испытываете сомнения… Все, кто собрался здесь, уже не отступятся. Жизнь — такая сладкая штука… — Он на мгновение замолчал. — Динес, мой любимый внук, — при воспоминании о внуке у Кничера даже глаза потеплели, — спрашивал у меня: дед, ведь ты пойдешь на войну, чтобы победить врагов? Я не знаю, удастся ли нам победить, господин де Койн, но одно я знаю точно: о своем долге должны помнить не только те люди, которые сейчас, возможно, гибнут в бою. — И он показал большим пальцем через плечо в ту сторону, где находился флот Скардара. — Так что продолжайте, господин де Койн, продолжайте. Вероятно, вы успели поведать нам только часть своего плана.

Я кивнул, соглашаясь.

— Да, конечно. Хочу только добавить — сейчас наш долг заключается в том, чтобы за свою родину умерли именно враги…

Эскадра шла самым малым ходом. На палубах обеих «жертв» велись лихорадочные приготовления. Большая часть людей уже переправилась на другие корабли.