Мы стояли с дир Пьетроссо на мостике, наблюдая за происходящим.

— Де Койн, ты не пойдешь ни на одном из этих кораблей, — неожиданно заявил Иджин.

— Ты тоже, — не задержался я с ответом. — Кстати, что там у нас с топорами?

— С какими топорами? — удивился он.

Как это с какими? Нет у ваших кораблей кингстонов, придется топорами днище рубить. Не утопим их — и вся затея насмарку, только подставимся.

— Артуа! — Голос дир Пьетроссо прозвучал с веселым изумлением. — Не нужно никаких топоров, достаточно будет взорвать заряд пороха в нужном месте.

Ну да, конечно. Ты же у нас специалист по захвату кораблей, вероятно, знаешь, как их и утопить легче.

Я не опасался, что мы не успеем и эскадра Табриско уйдет. Если они не ушли с вечера, то вряд ли смогут сделать это раньше утра. Город пал, и теперь по его улицам разгуливают победители. Собрать их ночью, когда вокруг столько соблазнов, когда они чувствуют свою безнаказанность и могут делать все, что им в голову взбредет, ведь никто не призовет их к ответу… Нет, такое решительно невозможно.

«Плохая девчонка» легла на грунт с сильным креном на левый борт, но вытянула свои мачты в сторону фарватера. «Чивандес» погрузился удачней не придумаешь, именно там, где и советовал Гиун Кничер. Чуть в стороне от них сел на мель трехпалубный корабль Табриско.

Нам удалось перекрыть фарватер, но и тех табрисцев, что оставались в море, с лихвой хватало, чтобы потопить все наши корабли.

Сбросив паруса, чадил черным дымом «Дар судьбы», и его команда лихорадочно боролась с пожаром. Получив пробоину и огромный дифферент на нос, пыталась выброситься на берег «Невеста ветра» капитана Дойнта Гулера. Именно этот корабль вступил в безнадежный бой с трехпалубным кораблем Табриско, когда враг попытался нам помешать.

«Сюрприз Ренуаха» Гиуна Кничера переплелся снастями с табрисцем, и там шла ожесточенная схватка. Кничер взял на борт часть экипажей с покоящихся теперь на дне морском кораблей, и очень надеюсь, что они помогут одолеть противника.

На внешнем рейде оказалось восемь кораблей Табриско, и три из них были линкорами, имевшими по три орудийных палубы. Один из них уже тонул, как тонул и другой, двухпалубный. Третий табрисец остался без бизани, но пока весь наш успех в этом и заключался.

«Морской воитель» находился мористее, атакуя пушечными залпами линкор Табриско и пытаясь не угодить под ответный огонь.

Я не отсчитывал секунды между залпами «Мелиссы», но, по-моему, даже Нельсон гордился бы такими канонирами и комендорами.

«Мелисса» получила множество пробоин в парусах. Перебитая ядром верхняя часть фок-мачты висела на такелаже, что, конечно, не прибавило кораблю ни маневренности, ни скорости, но он упорно шел вперед, целясь носом в высокую корму врага.