— Так, теперь займемся вами, господа хорошие. Для начала вкратце самое важное, что произошло в Скардаре за время моего отсутствия. Вкратце, — выслушав их, я принял еще более мудрый вид, чем у меня был до этого: — Все ясно. Теперь слушайте меня.

Первое. Информация о том, что я на борту «Принцессы Яны» не должна уйти даже на остальные корабли эскадры.

Второе. Оставьте меня, пожалуйста, минут на пятнадцать в покое, чтобы я смог привести себя в порядок и не выглядеть крестьянином, пришедшим просить милости у своих господ. Пока это все.

Да, и вот еще что. Приготовьте шлюпку и карету на берегу. Нет, все же тот камзол, что остался у дойнтов, мне нравился больше.

Вот и шпага. Я так скучал по тебе, моя красавица.

Воспользовавшись тем, что меня никто не видит, я обнажил клинок до половины и поцеловал его. Прошка, все время порывавшийся что-то рассказать, был не в счет. После, Проухв, после. Сначала неотложные дела. Нисколько не сомневаюсь в том, что вы сделали все, что смогли. Но подробности потом.

«Гобелли», мой верный спутник в последние несколько лет. Я тоже рад тебе, рад, как старому доброму другу, который никогда не подведет. Ты такой же, как и в тот момент, когда я в первый раз взял тебя в руки. Разве что рукоятка стала чуть длиннее и массивнее. И немудрено, ведь если нажать на эту защелку, то снимется часть рукоятки, и на свет покажется пулелейка под пули Минье. Удобно. Да, еще в стволах появились нарезы.

Дорабатывал пистолет его создатель, маэстро Гобелли, так что он по-прежнему смотрелся произведением искусства.

Конечно, можно было бы сделать его капсюльным и даже казнозарядным, но патронов не напасешься, а вот найти порох, кремни и свинец — не проблема.

Спасибо тебе, девочка, спасибо, Аманда, за этот подарок. И как здорово, что я сумел тебя отблагодарить. Надеюсь, что теперь у тебя все хорошо, потому что люди, виновные в твоих проблемах, в следующий раз сто раз подумают, прежде чем делать что-то подобное. Те, кто остался жив, конечно.

В залах Дерторпьира было пустынно и тихо. Мы шли быстрым шагом, минуя их одну за другой, и наши шаги громко отдавались под сводами высокого потолка, украшенного фресками и лепниной. Впереди показались огромные двери, ведущие в Советную залу, и люди, следующие за мной, ускорили шаг. Потому что по обе стороны дверей стояла дворцовая стража, и если бы она попыталась преградить мне путь…

Нет, стражники открыли дверь, когда до нее оставалось не меньше десятка шагов, не забыв стукнуть в мраморный пол пятками алебард.

— Здравствуйте, господа, — громко поздоровался я с сидевшими за огромным столом людьми. — Ого, как вас здесь много, даже мест свободных не осталось. А так хотелось послушать, о чем говорят самые большие умы Скардара. Но нет ни одного свободного стула. Жаль.