«Принцесса Яна», соответствовавшая земному фрегату и носившая в прошлом гордое имя «Божий гнев», шла под всеми парусами. Мы делали не менее девяти морских лиг, но мне казалось, что еле ползем.

Когда я перевел лиги в земные мили, у меня получилось целых семнадцать узлов. Для парусника это очень и очень прилично. Знаменитый чайный клипер «Катти Сарк», считающийся одним из самых быстрых кораблей парусного века, имел именно такой ход.

Не сомневаюсь, что, поставь мы дополнительное парусное вооружение, прибавим не менее лиги. Но, боюсь, что два следующих за нами в кильватере корабля вряд ли смогли бы удержать взятый флагманом темп. Впрочем «Мелисса» бы все же удержала, но трехмачтовая «Леди Диана» отстала бы безнадежно.

Мне с улыбкой вспомнился вопрос сти Молеуена, прозвучавший не так давно:

— Дерториер, позвольте поинтересоваться, откуда у вас такая страсть называть корабли женскими именами?

Если он и попытался съязвить, пусть и очень тонко, ничего у него не получилось, ровным счетом ничего. Логика у меня прямая и железная, как лом:

— Понимаете, Клемьер, моряки должны любить свои корабли, те, на которых они уходят в плавание, — не замедлил с ответом я: — Так вот, если назвать корабль «Грегор» или «Клемьер», получается не совсем лепо. Согласитесь, любить «Диану» более подобающее занятие для настоящих мужчин.

— Или «Яну», — добавил сти Молеуен.

«Или Яну, — мысленно согласился я. — Эх, Яна, Яночка».

Весь день я прошагал по мостику от борта к борту, даже перекусывал на ходу. Какой тут может быть аппетит, когда до того момента, что я ее увижу, осталось всего несколько дней. Вот только как их пережить? Никто на мои хождения не обращал особого внимания, привыкли уже, было время. Наверное, и мой девиз, в отличие от уже имеющегося, должен звучать, как: «Лежать или бежать». Так было бы правильнее, не люблю промежуточных состояний.

К обеду ветер посвежел, и лаг показал дополнительные пол-лиги.

«Леди Диана», как и предполагалось, отстала. Но теперь уже не страшно, мы в имперских территориальных водах. Неделей раньше в открытом море нам встретилось несколько кораблей Изнерда, следовавших по ветру нам наперерез. Шли мы, согласно морской традиции, определяя свой ход по самому медленному кораблю конвоя, все той же «Леди Диане». Изнердийцев было пять трехмачтовиков, почти в два раза больше, что давало им возможность рассчитывать на победу. Считали они так до того момента, пока не сблизились до расстояния, с которого стало возможным рассмотреть наши флаги.

Ну а дальше произошло так, как я и предвидел. Пять кораблей совершили «поворот все вдруг», и я даже слегка позавидовал слаженности их маневра.