– Их поймают?

– Мы известили армию и рейнджеров. Кавалерия прочесывает местность, но это займет время… В общем, будьте осторожны. Хорошего дня, мэм… Лейтенант. Он кивнул Мормону и тронул коня.

Мы с Джеком раскрыли рты.

Мормон коснулся шляпы пальцами.

Маршал уехал, а мы с Джеком смотрели на Мормона. Как его назвал маршал – «лейтенант»?

– У меня вопрос, – сказал Джек. Я открыла рот, чтобы попросить его не выдавать тайны раньше времени, но Джек меня опередил:

– Может, в этот раз мне нужно смотреть на юг?

Мормон покачал головой:

– На восток? Но маршал сказал…

– Восток.

* * *

Мормон стоял посреди двора, на черной земле, вытопленной из снега, он разделся до пояса и умывался из таза. От теплой воды в тазу, от жилистого тела Мормона поднимался пар.

Когда я принесла ведро с горячей водой, Мормон перестал фыркать и выпрямился. У него были глубокие шрамы на впалых щеках, а глаза глубоко посаженные и светлые.

Татуировка на плече. Буквы, а над ними ангел с мечом и крыльями. Вернее, ангелица.

«Die Tod», прочитала я.

– Тебя зовут Тод?

Мормон покачал головой. Плеснул себе на грудь воды, еще. На груди у него были черные курчавые волосы.

– Не меня. Ди Тод – это смерть. Смерть – это женщина, по-немецки.

Вот это да. Я впервые от него столько слов подряд услышала.

Я поставила ведро в снег, выпрямилась.