– Да ребенка.

– Алита. Это девочка.

– Алита? – Я попробовала имя на вкус.

– Да.

Красивое имя. Нежное, как этот канадский пирог. Такое легкое и стремительное, словно звезда в утреннем небе. Если у меня когда-нибудь родится маленькая девочка, я тоже назову ее Алита.

Решено.

Алита. Алита. Аэлита… нет. Аэр, говорил старик Платон, это воздух по-гречески. Кажется. Это все, что я из его болтовни помню.

* * *

– Джек, тебе нравится имя Алита?

– Чего?

Он даже вырезать перестал – что он там вырезает. Я смотрела на его руки, изрезанные, исцарапанные, в руке нож – лезвие сточено чуть ли не до рукояти.

– Откуда у тебя нож?

– Этот? Дядя подарил. Крутой, да?

– Крутой, – кивнула я. Про нож я просто так сказала, я давно знала, откуда он у него. И дядя его Джеку не подарил, а Джек его сам выпросил. Но мне нужно было, чтобы Джек собрался. – А все же?

– Что? – Он опять поднял голову, нахмурился.

– Как тебе имя Алита? Вот представь, у тебя есть маленькая дочка…

– Чего?

– Ну вот ты вырастешь, женишься. И будет у тебя дочка.

– Ага.

– Что ага? Вот как ты ее назовешь?