Влекомый неведомой силой шар вращался быстрее, будто им завладел неистовый вихрь. Свет множился на изломах рельефа, разбрызгивался кругом плеядами многоцветных огней. В пространстве все отчетливее чертилась сфера изменчивого света. Казалось за ее пределом уже не существует Мэя, Апи, самих несокрушимых стен храма, будто там бушуют, стонут жесткие ветры, не то пронзительные токи. В какой-то миг туманные образы прорвали границу настоящего, ворвались и понеслись беспорядочным хороводом. Нимфы лесов и горных долин, девы Луны и воины Океана, просто люди и сказочные существа, — все перемешалось в дикой пляске. А пальцы Хепра длинные, ловкие, то нервно дрожащие хватали, отталкивали их. Он владел ими, подчиняя нужному ему закону.

Через некоторое время Эвис стала привыкать к беснующимся образам, бесплотным, но ощутимым как пристальный взгляд в спину или как чей-то беззвучный смех. Вглядываясь в тени, она узнавала в некоторых что-то смутно-знакомое. А когда смотрела в сверкающие глубины шара. ей казалось; волны потусторонних реалий сейчас хлынет к ней и страшно понесет. Встряхнув головой, хронавт отстранялась, поглядывала на безразличного к мерцающему свету Грачева. Иногда видела лицо Хепра, — отражение в хрустале, мчащемся в замкнувшемся пространстве, и испытывала боль. Его боль.

— О, Небо! — воскликнул хранитель.

— Апи, подойди сюда!

Видения из ломаного света начали исчезать.

— Я ничего не вижу! Ничего! Они были в плену у людей Единорога. Видел их, идущих через Ильгодо и возле горы, названной Теокл. Потом в Аттле, говорящих на чужом языке… Горящий факелами аттлийский храм и ту, имя которой Ардея. Диадема несомненно у нее. Но не надолго. Много вокруг мне непонятно, что можно разобрать сообща. Верхний храм, люди из Соадама и неясное противостояние… Но раньше?! Я так и не смог понять, что было с ними раньше! Как объяснить?! Апи?! Темный круг! Будто глупец пытается зреть невидимое. Бездна! Пустота!

— Ты искал след только в Аттине?

— Не смейся надо мной. Если они пришли с восточного материка или северных льдов, — из любых далей, я бы видел это.

— Знаю. Ты бы видел их прошлое, пусть бы они восстали из мертвых, явились бы воплощением меку. Даже прилетели со звезд. — что я поначалу и думал.

— На них знак Земли, такой же верный, как на любом из нас. Знак Земли! Только нет на Земле их следа, кроме как от Аттлы. Это не может быть!

Эвис тоже была озадачена результатом опыта Хепра. Если бы он снимал информацию с ее мозга или мозга Грачева, он мог бы узнать многое из хранившегося в их памяти, в том числе и о событиях имевших место до перехода во Времени. Прорицатель же пользовался принципиально другим методом, описанным древними свидетелями, но известным в ее время уже как легенда. Методом почему-то не доступным могучей науке. Каким образом оракулы далеких веков могли воспринимать затухающее ничтожное энерго-информационное поле с объекта и прогнозировать варианты его будущего, — осталось одной из великих загадок, раскрыть которую безуспешно пыталось человечество.