Он хмуро подошел к широкой металлической двери и пару раз стукнул в нее костяшками. С той стороны доносился гул голосов: активистки книжного кружка дискутировали со стариком. Джек практически ничего не разбирал из сказанного. Он бросил косой взгляд на Джинни: ее глаза блестели живой застенчивостью, как у малолетнего сорванца, соображающего, когда лучше броситься наутек.

– Что там у них? – спросил он.

– Кабинет мистера Бидвелла и его приватная библиотека.

– Опять книги?

– Масса. Старые, новые. Их ему ящиками присылают со всего света. Некоторые вообще невозможны. Понятия не имею, где он их отыскивает. Я помогала – помогаю – их сортировать. Как бы по каталогу… Слушай, а твои похитители… как они выглядели?

– Мужик называл себя Главком. И с ним еще была женщина – здоровенная. Кажется, ее звали Пенелопа.

– За мной в Балтиморе тоже приходила одна парочка. Я удрала, но они пошли за мной аж досюда. Едва я прибыла в город, как доктор Санглосс направила меня к Бидвеллу.

– Повезло тебе. А мои, между прочим, осами пользовались.

Джинни прищурилась:

– Осы?

– И не какие-нибудь, а хищные. – Джек сделал страшные глаза и пошевелил растопыренными пальцами. – Она распахнула плащ, и они ка-ак завертелись вокруг меня!

– Господи, страсти-то какие!

– Вот именно. А у тебя как было?

– Мужчина с серебряной монетой. Худосочная женщина, которая высекает огонь из пальцев.

– Я всегда знал, что дела идут очень странно, – кивнул Джек, – но не до такой же степени! А если взять мои сны… так там вообще…

– Что ты помнишь из своих снов?

– Немногое, – признался Джек. – Тебе тоже что-то снится?

Она кивнула в ответ.

– Все пермутаторы судеб – сновидцы. Так мистер Бидвелл говорит.

Джек всосал воздух сквозь зубы и попытался принять невозмутимый вид.