— Мы все знаем, что поставлено на кон. Они претендуют на то же, на что и мы. Слишком много команда потратила сил, чтобы достать ключ. От маргудцев следует избавиться, а не сдаваться на их милость.

— Рох?

— Не вижу смысла в том, чтобы погибать в ненужной драке. Никто из нас не знает, жива ли команда «Лисьего хвоста». Их возможные жизни против наших реальных. Я голосую за то, чтобы начать переговоры.

— Меня сейчас стошнит! — с презрением скривился Гедхер. — Я за то, чтобы дать бой.

— Наш казначей занят подсчетами имеющихся боезапасов и распределением их по палубам, но его голос уже ничего не значит. Решивших драться большинство. Рох, полная боевая тревога. Всех стрелков наверх. Гедхер, настрой своих молодцов, но пусть они не лезут раньше времени в драку. Папай, готовь драконий жар. Наива, поговори с летунами, пусть каждый знает, чего от него хотят. Я хочу, чтобы ты была уверена, что они поняли мой приказ — после сброса бомб следует немедленно вернуться на «Гром». Мне еще понадобятся стреколеты.

— Мы чем-то можем помочь? — спросил я.

— Не с вашей броней приближаться к их зениткам. Через несколько минут я напишу письма для Патруля и губернатора, и, если у нас все будет плохо, вы успеете проскочить и передать мое сообщение.

— Гном, одолжи мне топор, — попросил Ог.

— А вот это по-нашему, почтальон! — одобрительно воскликнул Гедхер.

Глава двадцать четвертая

Глава двадцать четвертая

Где палят пушки, летят ядра, льется кровь и мы с Наивой попадаем в неприятную ситуацию.

— Держаться будем вместе, — сказал Ог, проверяя пальцем остроту абордажного топора.

Я посмотрел назад, на вражескую эскадру.

Два шлюпа вырвались вперед и шли в миле от нас. Фрегат и корвет подотстали, до них было мили три, и я хорошо понимал расчет их командующего. Шлюпы должны связать нас боем, а затем подойдут основные силы и возьмут «Гром» в клещи.

Десять минут назад мы прошли над береговой линией Корневиса. Север приказал начать подъем, Папай крутился возле заклинившего орудия, и пятеро членов команды уже подвезли на тележке огненное ядро, заключенное в ледяную клетку. Я смотрел на решительные, сосредоточенные лица экипажа.

— Остроухий, со мной на абордаж не пойдешь, — сказал Гедхер, застегивая силовые наручи. — Рубак у меня и так достаточно, а вот стрелков мало. Возьмешь пчеломет на надстройке и поливай их огнепчелами, чтобы никто бомбами не швырялся по моим ребятам. А ты, орк…

— А орк пойдет! — свирепо сказал Ог.