Капитан маргудцев вместе с другими колдунами следил за тем, как закрепляют пушки. Рох что-то доказывал ему, а Ведхал возился возле грубо сколоченного помоста. Увидев нас, он приветливо помахал рукой и, осклабившись, указал на свой топор.

Из-за облаков послышался нарастающий гул.

— Это «Ласточка», — сказал я Огу, и тот кивнул.

Стреколет спустился ниже облачности, пошел в нашу сторону, сделал круг, и я увидел, что фонарь кабины откинут, а Наива смотрит на нас. «Шершень» направился к болотам, вернулся, теперь находясь намного ниже, прошел прямо над фрегатом, выпущенными шасси едва не задев его кормовую настройку, и улетел в сторону полосы.

— Всстретим госстью. Гном, осставь топор. Он ссейчасс не нужен, — сказал колдун.

По виду Ведхала было понятно, что тот едва не лопается от злости.

— Отнессите артефакт на площщадку, — отдал маргудец распоряжение своим прислужникам.

— А если она не привезла ключ? — спросил Рох.

— Я уверен, что он у нее. Давай проверим мою догадку, госсподин бывшший старшший помощщник «Грома». Поговорим сс ней. И вы, курьеры, тоже идете.

Звероящер-охранник, положив тяжеленные лапы нам на плечи, злобно зашипел.

Полагаю, это была угроза.

— Зачем их брать с собой?! — возмутился Ведхал.

— Мы ведь должны показать… как ее там?

— Наива, — подсказал Рох.

— Мы должны показать Наиве, что у насс мирные намерения. — Зловещая усмешка на морде капитана маргудцев говорила о совершенно обратном.

И мы отправились к посадочной полосе.

Гигант, сопящий за нашими спинами, то и дело тыкал в них острым пальцем, шипя и присвистывая на своем языке.

Это, должно быть, означало: «Быстрее!»

«Ласточка» стояла на дальнем конце полосы. Наива не спеша шла к нам навстречу. Выглядела она очень уставшей и невыспавшейся, но держалась спокойно, точно гуляла на набережной Сан-Винсенте, а не прилетела в лапы к маргудцам.

— Ты одна? — спросил капитан маргудцев.