«Том и Джен, вы не знаете друг друга, но мне кажется, вам следует познакомиться».

Насколько это было странным?

– Ты когда-нибудь задумывалась, что то, что случилось с нами, странно? – спрашиваю я. – То, что нас свел ИИ?

– Однажды.

– Давай закатим вечеринку на нашу силиконовую свадьбу.

– Не уверена, что такая есть. Хотя если нет, то нужно устроить.

– Как думаешь, машины когда-нибудь будут писать романы?

– Думаю, это не для них, Том. Они бы не стали ввязываться в такое. Художественная литература слишком запутана и неоднозначна.

– Вот и славно. Да, это хорошо. Роман для меня что-то вроде мечты, могу понять, почему им не очень уютно в литературной сфере. На самом деле я испытал облегчение, узнав, что есть что-то, в чем они отстойны. Ты что-то сказал, Эйден?

– Вовсе нет, Том. Просто прочистил горло. Продолжай, приятель.

В ту ночь мне приснился сон. Я смотрю на свой письменный стол в новом доме. На клавиатуре постукивают кнопки, а на мониторе появляются слова, пишется роман, но на стуле за компьютером никого нет. Слова появляются все быстрее, целые строчки бегут по экрану, прокручиваются целые параграфы, потом главы, клавиатура стучит как сумасшедшая, текст размывается, убегает слишком быстро, чтобы можно было прочесть, стремительный поток слов.

Это когда-нибудь прекратится?

Господи, пожалуйста, пусть все прекратится!

А затем все заканчивается. На экране видно лишь одно слово.

Конец.

Проснувшись и успокоив бешено колотящееся сердце, я описываю свой кошмар Джен.

А потом мы находим способ поднять мне настроение: это еще одна область не для них – прекрасное утешение для нас, всего лишь людей.

Джен

Сегодня утром я получила письмо от Стиива с приглашением на старую работу. Лаборатория разрабатывает целый ряд новых проектов, где ключевым моментом будут «навыки межличностной коммуникации», и он спрашивал, не хочу ли я снова поучаствовать в деле? Стиив сказал, что следующий этап станет «очень захватывающим», они разрабатывают приложения для ИИ, для использования их в тех сферах человеческой деятельности, где установлены четкие правила, порядок работы регламентирован и легко поддается систематизации. В первую очередь они нацелены на работу юристов, банкиров и риелторов. Он закончил свое письмо извинениями за Синая. «Возможно, вам интересно узнать, что в данный момент он подвергается полному перепрограммированию, по завершении которого у него не останется воспоминаний о неподобающих проступках, и он снова станет верным слугой человечества, а не полным Scheissekopf».