– Извольте, – ответил он.

– Этот гравитант, который в чемодане, он точно марсианский?

– Полагаю, что да. Но в любом случае он не из ваших двух дюжин.

– Их двадцать три. Я пересчитал, перед тем, как они разбежались. Одного не хватает.

12

12

Мы обшарили каждый квадратный метр астероида. Гравитанта так и не нашли, зато в таможенной зоне обнаружили в одном из контейнеров Иванова Петра. Флаг немедленно снял с меня наручники, Клаус и Скотт подошли с извинениями, а Берта гордо удалилась в бар, бросив через плечо:

– Если Даринг стрелял в гравитанта, думая, что он на самом деле Петр, он все равно убийца, так как убить собирался именно Петра.

– Даринг не стрелял, – ответил Петр упавшим голосом. – Стрелял Зинкин пересмешник.

– В кого? – спросил его Флаг.

– В меня, – ответил Иванов. – Точнее в моего гравитанта. Я прикормил одного. У нее научился. Я познакомился с ней на Марсе, как-то все закрутилось, красивая она, конечно. Даже согласилась ехать со мной в обсерваторию на этот астероид. Но тут уже наша семейная жизнь в разлад пошла. Как-то странно она себя вести начала. С Дарингом заигрывала, но и не подпускала его к себе. Гравитанта под него своего подкладывала. Да и со мной была все холоднее. Я даже опять начал клинья к Берте подбивать, хотел отношения старые восстановить. Мы с ней миловались когда-то. Про гравитанта своего Зинка мне болтать запретила, сказала, что провезла его мимо таможни, не хочет неприятностей. Мол, не может привыкнуть к земному притяжению. Но когда она мне в очередной раз разнос устроила, я поставил видеокамеру и записал, чем она занимается, когда меня нет. А она дрессировала гравитанта. С фотонной ракетницей. У нее муляж был. Точно такой же, как за поясом у Даринга торчал постоянно или у Клауса в кобуре. Зинка засовывала фотонку за пояс и, называя своим именем, зазывала в комнату гравитанта. Тот в облике Зинки выхватывал ракетницу и стрелял в меня. Точнее в видеопортрет, который Зинка на моем стуле устанавливала. Понятно, что фотонка фальшивая была. Отдельно еще обморок на вспышку света отрабатывался.

– Разве пересмешники поддаются дрессировке? – изумился я.

– Ты не был на Марсе, Дудкопф, – вздохнул Иванов. – Они там в барах такое вытворяют! Главное – их на интерес посадить. Добавляй в воду сахар, так они потом за сладкую воду что угодно тебе изобразят. Только глотнуть давай, когда у них что-то нужное получается. Так вот и я подманил одного гравитанта и натаскал его на собственный образ. Как будто я сижу пьяный и ничего не соображаю.

– Ты и так почти всегда был пьяный, – перебил я его.