– Но я вынужден был так поступить.

Доктор собрался что-то ответить, но передумал. Он улыбнулся:

– Думаю, что да. Я рад, что на корабле оказались именно вы. Сомневаюсь, что я сумел бы проделать такую же работу в таких же обстоятельствах. А сейчас укол.

– Подождите. Я хочу сказать… Этот мятеж. Что власти собираются делать с людьми? Вы должны понимать – была провокация…

– Они знают. Не думаю, чтобы перед судом предстал еще кто-то, кроме генерала Бригса. Это мое личное мнение, но мне кажется, что и там, наверху, думают точно так же. Это было пиратство. Вы корабельный офицер и командовали судном по праву. И кстати, все еще пребываете в этом качестве, пока не назначен новый командующий. Поэтому не знаю, как вас называть – доктором или капитаном, но в любом случае сейчас вы будете спать.

Дон уснул с улыбкой.

На следующее утро после завтрака сестра намазала его щеки удаляющим волосы кремом, чтобы снять щетину, и подложила под голову несколько подушек.

– Зачем вы это делаете? – подозрительно спросил Дон.

– Будут гости. Вы должны хорошо выглядеть.

– Какие сейчас гости? Мне кажется, я слишком слаб для визитов. В конце концов, мне так говорили, хотя сам я говорил…

– Доктора, который сам себя лечит, трудно называть пациентом, – сказала сестра и вышла.

Дон улыбнулся ей вслед.

– Позвольте войти, сэр? – раздался с порога голос Курикки.

– Что? Старшина… разумеется, входите. Но почему…

Он осекся, увидев на нем серый форменный мундир. Обшитые золотой нитью погоны, высокий воротник, врезающийся в шею. Дон подумал, что старшина, видимо, одолжил форму на другом корабле, потому что его собственная была выброшена за борт. Старшина вошел, печатая шаг, и за ним следовали еще несколько человек.

Они все были в сером. Рама Кузум, помощник механика и одновременно медицинский брат. Каптенармус Жонке и программист Бойд. Спаркс, и инженер Тиблевский, и механик Хансен. А позади них, с высоко поднятой головой, такой же подтянутый, как остальные, шагал доктор Угалде. Когда все остановились и отдали честь, Рама приложил руку к сердцу:

– Они не смогли прийти сюда, весь экипаж, капитан. Но мы представляем их всех. И доктор Угалде – он здесь потому, что сейчас является частью нашей команды.

– Несомненно, – подтвердил Дон, вспоминая происшедшее: коррекцию курса, мятеж.

– Мы чувствуем то же самое, сэр. Поэтому он сейчас здесь, и я, то есть мы, представляем весь экипаж. Ваш экипаж, капитан.

Курикка ослабил стойку и посмотрел вниз на Дона: