– Чистая смерть, – зевнув, сказал Стив Кулозик и вылез из фургона. – Жара убьет половину этих старикашек. На солнце, наверное, градусов сорок. В восемь часов было тридцать три.

– А врачи на что? – Энди кивнул в сторону небольшой группы людей в белых халатах, разворачивавших носилки рядом с машиной «скорой помощи».

Детективы подошли к толпе, уже заполнившей парк, и пробрались к трибуне. Послышался скрежет и щелчок – проверяли звуковую систему.

– Рекорд, – сказал Стив, глазами ощупывая толпу. – Я слышал, что в водохранилищах низкий уровень потому, что некоторые из труб на выходе не заизолированы. Это да еще деревенщина, постоянно взрывающая акведук…

Визг из громкоговорителей заглушили громовые раскаты голоса, усиленного микрофоном:

– Товарищи, дамы и господа, члены всех обществ Старейшин Америки, прошу вашего внимания. Сегодня утром я заказал облака, но, похоже, заказ не дошел…

Одобрительный гул прокатился по парку, раздалось несколько хлопков.

– Кто это? – спросил Стив.

– Ривз. Его называют Малыш Ривз, потому что ему всего лишь шестьдесят пять. Он исполнительный директор Стариков, но, если так и дальше пойдет, на следующий год станет президентом…

Его последние слова потонули в сотрясающем горячий воздух голосе Ривза:

– Но наша жизнь далеко не безоблачна, и мы можем прожить и без облаков на небе. – На этот раз в ответном гудении толпы послышались нотки гнева. – Власти следят за тем, чтобы мы не могли работать, несмотря на состояние нашего здоровья и способности. Власти установили оскорбляющее нас нищенское содержание, на которое мы должны жить, и в то же время они следят, чтобы на эти деньги можно было купить все меньше и меньше с каждым годом, с каждым месяцем, с каждым днем…

– Первый готов, – сказал Энди.

Какой-то человек в задних рядах упал на колени и схватился за грудь. Энди рванулся было к нему, но Стив Кулозик удержал его.

– Это их дело, – сказал он, указывая на двух врачей, уже бежавших к пострадавшему. – Что-то с сердцем или тепловой удар. Думаю, далеко не последний. Давай-ка прочешем толпу.

– …Снова пришла пора объединиться… силы, которые ввергают нас в нищету, голод и полное забвение… растущие цены свели на нет…

Казалось, между крохотной фигуркой на трибуне и громовым голосом нет никакой связи. Детективы разделились, и Энди стал медленно продираться сквозь толпу.

– …Мы не примем ничего второсортного, или третье-, или четверосортного, как теперь, мы не примем грязного угла, где мы должны дремать, дожидаясь голодной смерти. Мы – жизненно важная составляющая… Нет, я скажу, мы самая важная составляющая общества – хранилище опыта, знаний и рассудительности. Пусть муниципалитет, Олбани и Вашингтон действуют – или берегитесь, потому что когда подсчитают голоса, то обнаружат…