– Мы не потревожили вас, Ширли? – спросил судья. – Вы в вечернем платье. Куда-нибудь собираетесь?

– Нет, – сказала она. – Я сижу одна дома. Если хотите правду… я просто создаю себе моральное состояние. Я никогда прежде не носила это платье. Какая-то новая ткань, думаю, нейлон с металлизированной нитью. – Она взбила подушку и подложила под голову судье. – Сделать вам чего-нибудь холодненького? Вам тоже, мистер Раш?

Казалось, что она только сейчас обратила на него внимание. Он молча кивнул.

– Чудесное предложение, – вздохнул судья и откинулся назад. – Если можно, чего-нибудь покрепче.

– О да… в баре есть все, что угодно. Я это не пью.

Когда она вышла на кухню, Энди подсел поближе к Сантини и заговорил, понизив голос:

– Вы собирались рассказать мне, что делали в подвале и откуда вам известно мое имя.

– Святая простота. – Сантини бросил взгляд на кухню, но Ширли была занята и не слышала их. – Смерть О’Брайена повлекла за собой, скажем так, политические последствия, и меня попросили проконтролировать ход дела. Естественно, я узнал, что вести его поручено вам. – Он расслабился, сложив руки на животе.

– Это ответ только на половину моего вопроса, – сказал Энди. – Так что же вы делали в подвале?

– Там прохладно, почти холодно, после того что творится на улице. Сплошное наслаждение. Вы заметили сердечко, нарисованное по пыли на подвальном окне?

– Конечно. Именно я его и обнаружил.

– Это самое интересное. Вы когда-нибудь слышали об одной личности – должны были слышать, на него есть в полиции досье – по имени Куоре?

– Ник Куоре? Владелец всех подпольных заведений Нью-Йорка?

– Тот самый. Хотя слово «владелец» не совсем подходит, точнее сказать – руководитель. Теперь он там самый главный, но это очень честолюбивый человек, и ему всегда мало того, что он имеет.

– Что все это должно значить?

– «Cuore» – старое доброе итальянское слово. Оно означает «сердце», – сказал Сантини, когда в комнату с подносом вошла Ширли.

Энди взял стакан и машинально поблагодарил. Теперь он понял, почему оказывался весь этот нажим. Никого, похоже, не волновал сам факт убийства О’Брайена. Заинтересованных лиц занимал другой вопрос: почему он был убит? Действительно ли убийство – несчастный случай, как это казалось? Или это предупреждение от Куоре о том, что не надо вторгаться на чужую территорию? А может, убийство – сильный ход кого-то из местных, пытающегося обвинить Куоре, чтобы прикрыть себя? Раз уж ты вошел в лабиринт рассуждений, вероятные возможности будут увеличиваться до тех пор, пока найденный убийца не покажет единственный выход из него. Заинтересованные лица потянули за ниточки, и в результате ему поручено это дело. Должно быть, множество людей прочитали его рапорт и с нетерпением ждут ответа.