7

Маникюр обошелся неожиданно дорого, все-таки обещанное увеличение зарплаты сулило много радостей. Кстати, избавление от ненавистной яичницы входило в число перспектив. Вот если сейчас Мих Петрович не оценит всех ее жертв, не проникнется ее красотой и тут же не упадет на колени, обещая зажиленный поход в ресторан, руку, сердце и немедленную свадьбу, то Дина даже и не знала, что еще можно сделать.

Прическу поменять? К сожалению, шеф пару раз сказал, что ему нравятся ее длинные волосы именно в таком виде, в каком они сейчас, — и девушка не решалась подстричься, хотя руки чесались уже давно.

Едва войдя в лабораторию, она увидела несущегося к ней Леонида. Парень был растрепан, глаза его горели, и вообще выглядел он похожим на крупную мышь, только что вынутую из лужи, — такой же неприятный и взъерошенный, очумевший и страшный,

— Убирайся с дороги! — заорал он, но оказалось, что это была, пожалуй, единственная фраза, которая могла заставить Дину встать на его пути.

— С дуба рухнул? — вежливо поинтересовалась девушка, у которой внутри все стягивалось в единый жесткий, колючий комок. — Что у тебя в руках? Ах ты, подонок!

Леонид попытался протиснуться мимо нее, но у него не получилось — и тогда он коротко, без замаха, влепил ей пощечину.

И снова ошибся. Вместо того чтобы отшатнуться в ужасе, Дина врезала ему коленом в пах, а потом, вспомнив рекомендации «Самоучителя обороны для хрупких дам», еще со всей силы дала ладошками по ушам согнувшегося перед ней в земном поклоне лаборанта.

Но этого оказалось мало. Ленчик, словно превратившись в животное, боднул ее в живот, а потом сжал в не шибко ласковых объятиях, и они вместе покатились по полу.

Улучив момент, Дина схватила противника за голову и крепко приложила о косяк головой. Леонид неожиданно обмяк, на виске мгновенно расцвел кровавый цветок — но девушка не увидела его раны, потеряв сознание за мгновение до этого.

8

Едва увидев Дину, лежащую в крови под Леонидом, Михаил чуть с ума не сошел — он проклял себя за неуклюжесть, за все эти дурацкие компьютеры, провода и шнуры и за пригретую на груди сволочь, которая несколько лет прикидывалась ценным сотрудником.

Отвалив тело лаборанта в сторону, ученый ловко открыл девушке веко и понял, что Дина без сознания. Попытался найти рану, но ее не было — вся кровь принадлежала противнику. Предчувствуя неприятности, Тополев обернулся к Леониду. Лаборант лежал на полу, глядя немигающим взором в потолок, а его руки, раскинутые под неприятным взгляду углом, казались паучьими лапами.

Можно было даже не смотреть — парень был мертв.