– Вы, молодой человек, в полицию бы шли работать, – издевательски сказал Араб с заднего сиденья, – вам бы цены не было. Второй Шерлок Холмс прямо.

А я смотрел в глаза молодого парня и видел, что не могу его сейчас обмануть. Пусть ему двадцать шесть лет, пусть за ним целое кладбище, больше двухсот лично уничтоженных боевиков, террористов, джамаатовских – но он сохранил главное, то, что мы давно утратили. Способность искренне верить. А среди нас должен быть кто-то, кто искренне верит, кто дерется не потому, что он дерется, как те четверо храбрых мушкетеров [94].

Кто-то, кто верит в светлое будущее. Если ему сейчас соврать – веру он утратит и станет таким же, как мы.

И потому я достал из кармана ключ с прикрепленной к нему карточкой в пластиковом пакете и протянул его Аскеру.

– Что это? – Он взял ключ.

– Помнишь, о чем мы с тобой говорили? Когда ты получал награду?

– Так точно.

– Ты был прав. Это они же. Они самые. Балуевский – не первый и далеко не единственный. Есть еще. Но для дела будет лучше, если ты уедешь отсюда. Они тебя знают и рано или поздно убьют. Возможно, ты кого-то из них убьешь – но остальные убьют тебя. Рано или поздно кому-то повезет. А мне ты нужен в другом месте. Ты готов сделать то, что нужно для победы?

– Так точно, – без тени сомнения сказал Аскер.

– Это ключ от камеры хранения на Южной автостанции Ташкента. Номер на ключе, там не проверяют, арендована на шесть месяцев. Арендовал ее я, никто не знает. Половина времени истекла – поэтому продли аренду.

Аскер кивнул.

– В камере – кейс. Там деньги, ключи от счетов, счета анонимные, номерные. Все это я делал для кого-то наподобие тебя. Не знал только для кого.

Я похлопал его по плечу, видя вытянувшееся от неожиданности лицо.

– Здесь лицензия на открытие еще одной частной военной фирмы, такая же, как у нас здесь, сквозная. Нотариус Борис Яковлевич Штрассман на проспекте Фирдоуси. Придешь к нему и сошлешься на меня, он сделает все, что нужно. Саму фирму регистрируй в Верном, не в Ташкенте. Главноуправляющим поставь себя.

Капитал уже внесен на депозит, можешь им распоряжаться. Помочь советом – увы, не смогу. Но кое-чем помогу.

Кое-кого из людей я тайно отправлю к тебе. Найдешь точку, между Ташкентом и Бухарой или Самаркандом, лучше бери какой-нибудь объект, заброшенный нефтяниками. Возьмешь его в долгосрочную аренду.

Присматривайся к тому, что происходит. Наймешь человек пятьдесят, заключишь с ними контракты, чтобы оправдать работу. Но только до Мазари-Шарифа, не дальше. Сюда не суйся. Не пытайся никому отомстить, не пытайся никого искать. Просто тихо делай свое дело. И рано или поздно – я скажу тебе, для чего все это. Точнее, друг, для кого. Все понял?