Нет, я не могу остаться в стороне сегодня. Значит, вот, что Поток готовил для меня…

На лице медиума появилась печальная смиренная улыбка. Любой человек, имеющий хоть малейшее представление о Вихре, поначалу интересуется собственной судьбой. И Шамир не был исключением. Его судьбу укрывал лишь один «узел», и тот не был таким тугим, какие затягивались группами вокруг Эмиля Моргана. Медиум сумел приоткрыть завесу и узнать, как будет развиваться его дальнейшая судьба. Уже много лет он жил, зная, что день, когда он осуществит переход потенциала самостоятельно, станет последним днем его жизни. Шамир был уверен, что этого никогда не произойдет, потому что знал, что таит в себе переход потенциала. Чтобы осуществить его, нужно отнять жизнь другого путешественника. По крайней мере, так медиум думал до сегодняшнего дня, и другие варианты попросту не приходили ему в голову.

Столько лет я работал с Потоком, и надеялся обмануть его? Я ведь знал, что это невозможно! Всегда знал…

Шамир неспешно проследовал к своему столу и открыл средний ящик, где в специальном отсеке стояла пробирка с кровью.

«Эксперименты Ирвина», — с досадливой улыбкой подумал медиум, — «мой любознательный ученик всегда хотел выяснить, чем потенциал отличает путешественников от обычных людей с точки зрения физиологии. Добраться до сути, понять, что именно позволяет Мастерам перемещаться сквозь Вихрь, открывать порталы… знал бы мой ученик, что подтолкнет меня к самоубийству своими изысканиями, наверное, никогда бы не оставил мне свою кровь. Близко бы к ней не подпустил. Но он не знал».

Шамир тяжело вздохнул и извлек из ящика пробирку. Немного поводив ей перед глазами, он пригляделся и убедился в собственной правоте — от крови Ирвина исходило заметное сияние, становившееся ярче с каждой секундой, пока кровь нагревалась до комнатной температуры.

Этого точно хватит, чтобы открыть портал и приблизиться к нестабильному разрыву.

Оставив пробирку нагреваться на столе, медиум взял в руки небольшой электронный прибор, размером со спичечный коробок и нажал единственную едва заметную клавишу, под которой тут же начал мигать красный огонек.

Уставившись в неизвестную точку пространства перед собой, Шамир тяжело вздохнул и заговорил:

— Ирвин, — начал он, — к моменту, когда ты обнаружишь и посмотришь эту запись, я однозначно буду мертв. Я знал это заранее, так предрекал мне Вихрь, и я много лет старался избежать смерти, прячась здесь, однако Поток, похоже, предугадал и это, — досадливая улыбка вновь тронула губы медиума, — однако сейчас я не могу поступить, как прежде. Эмиль Морган открыл нестабильный разрыв, и скоро реакцию уже невозможно будет остановить. Я должен помочь юноше, о котором тебе рассказывал, чью кровь ты изучал. Максиму. И сейчас я отправлюсь к месту разрыва, чтобы закрыть его. Ирвин, ты давно просил меня рассказать тебе о сути перехода потенциала. Твоя догадка верна, он возможен, притом не только при переливании крови путешественника другому человеку. Можно сделать проще…