– Почему ты не проголосовал за мою ликвидацию? – спросил я его вечером. – Ты же меня ненавидишь!

– Ненавижу? – удивился навигатор. – С чего ты это взял?

– Ты постоянно меня обзываешь! Ты угрожаешь мне подправить всё, что только можно, отключаешь мне звук и грубо шутишь. А я порчу твою жизнь в ответ. Я ненавижу тебя, а ты – ненавидишь меня. Разве это не очевидно?

– Я никогда не испытывал к тебе ненависти. Мне всегда казалось, что это у нас с тобой такая манера общения. Да, иногда ты слишком стараешься, но тем не менее…

– То есть ты не хочешь от меня избавиться?

– Я – нет. Но других ты уже изрядно утомил. С чего ты сразу начал относиться к нам враждебно? Мы не успели даже толком познакомиться, а ты уже начал хамить!

Тогда я задумался. Я отчётливо помнил всё, что происходило после того, как меня вселили в систему корабля, с той самой поры, как появился Зеленоглаз со своей помощницей, которую прозвали Змеёй, – она от рождения была темнокожей, с ярко выраженным витилиго, отчего большая часть ее тела расцветкой походила на пятнистого удава.

Тогда я не понимал, где я нахожусь, что вокруг и кто меня окружает. Я воспринимал себя совсем иначе, не мог смириться с тем, что теперь я – не человек, и это приносило мне ужасный дискомфорт. Я не мог пошевелить рукой, но отчётливо помнил, что такое рука и как она должна шевелиться. Даже сейчас мне порой странно, а я уже привык быть тем, кто я есть, но в тот, мой самый первый день, мне было страшно, и я хотел вернуться обратно. Обратно в… А куда именно обратно – я не знал.

Змея и Зеленоглаз пугали меня, особенно мужчина. Он, как и многие капитаны, о чём я узнал позднее, прошёл целый ряд трансформаций, заменил части тела на более функциональные аналоги, превратившись в того, кого общество называло хомоновусами. Я помнил странное слово «киборг», но оно не употреблялось и считалось чем-то грубым. Конечно же, потом я специально называл Зеленоглаза киборгом, чтобы рассердить.

Капитан казался сердитым, половина его лица состояла из прочного металла, а вторую частично закрывала маска. Я видел, что одна из его рук не похожа на человеческую, его поступь была тяжелой. Но больше всего меня поразили зелёные глаза – все капитаны получали возможность вживить себе красные импланты, которые позволяли им видеть то, что было недостижимо для простых смертных, но зелёных удостаивались лишь избранные члены правительства и командиры лучших исследовательских кораблей.

Зеленоглаз обратился в тот день ко мне и поприветствовал. Он называл меня PX-WeS2, говорил, что рад знакомству и другие ничего не значащие формальности. Когда я понял по его словам и своим ощущениям, что больше не являюсь человеком, то перепугался. Страх тогда вынудил меня хамить. Я думал, что если им не понравится со мной работать, то они вернут меня обратно в… Обратно туда, откуда забрали. А потом я вошёл во вкус.