Электрический мотор негромко жужжал. В глазах Тамары были страх и мольба.

- Что с тобой произошло? - спросил я.

Самурай тронул меня за руку и заговорил по-японски, его переводчик выплюнул:

- Не разговаривать. Ни с кем нельзя разговаривать на борту шаттла.

Я посмотрел Тамаре в глаза. Она боялась говорить открыто. Самурай провел меня мимо Тамары в небольшое помещение с мягкими креслами и баром. Там сидело два человека, одетых так же, как я, под охраной самураев.

Я сел. Шаттл вмещал около трехсот пассажиров. В окно я видел меньшую луну Пекаря, синюю, усеянную десятью тысячами кратеров. Пронзительно горели звезды. Меня трясло, я хотел убить капитана ОМП и его начальников и помочь Тамаре, хотя и не знал как.

Немного погодя в помещение вошел сам Гарсон. Он потрепал меня по плечу, как старого друга. Он курил сигарету.

- Мне не хотелось помещать вас сюда, дон Анжело. Надеюсь, вам здесь удобно. Понимаете... Боже, как вы похожи на старого генерала Торреса! Мне хочется отдавать вам честь! Я предпочитаю держать вас подальше от химер.

- Понимаю, - ответил я.

Он внимательно взглянул на меня.

- Сколько из них до сих пор привязалось к вам?

- Пятеро, - ответил я.

Он явно испытал облегчение.

- Так мало? Ну, пятерых мы можем списать. Будем считать это компенсацией. Я у вас в долгу за спасение Тамары. Ее информация помогла подавить сопротивление в Аргентине.

Он почувствовал мое удивление.

- О, да, мы получили несколько месяцев назад сообщение. Последние остатки никитийских идеал-социалистов уничтожены в Латинской Америка через два года после нашего отлета. И во многом благодаря сведениям Тамары. - Он говорил так, словно хвалил умственно отсталого ребенка. - Она очень способная женщина. Она стала .. необходима... моей будущей разведке.

Похоже, у Тамары особый дар становиться необходимой. Я вспомнил, как Джафари хотел заключить ее в мозговую сумку. Гарсон делает то же самое: в сущности он добился успеха там, где потерпел поражение Джафари. Тамара находится в отличной маленькой тюрьме - в теле, которое не может контролировать. О, ее речь не поражена, когда она говорит через симулятор. Гарсон, очевидно, снабдил ее мозг клонированными нейронами, применил средства для роста нервной ткани - но только к части мозга, к той, которая руководит высшими функциями.

- Почему вы держите ее в заключении?

Гарсон улыбнулся мне - слегка напряженной улыбкой.

- Потому что она опасна. Я не смог бы уснуть, если бы знал, что она способна передвигаться. - В глазах его была искренняя озабоченность. Я не мог представить себе, чтобы Тамара, маленькая хрупкая Тамара вызывала такую тревогу. - Я знаю, это выглядит плохо. И живое тело - такая неприятная штука. Я подумываю о том, чтобы, как кончим это дело с ябадзинами, подготовить для нее кимех, что-нибудь такое маленькое, подвижное, но не способное управлять другими предметами.