Должно быть, у меня поднялись брови. Тамара почти на грани паранойи боится кимехов. Она никогда не согласиться быть помещенной в кимех. Я понимал это, но понимал также, что Гарсона ее нежелание не остановит. Он на самом деле ее не боится. Он ждал, что я скажу, но я молчал. И лихорадочно думал, как спасти ее.

Он сел рядом со мной, погасил сигарету о ручку кресла.

- Я хотел кое о чем расспросить вас, сеньор Осик: во время мятежа вас ударил мечом человек, а вы задушили его. Очень любопытно. Частички вашей кожи найдены на его шее. Следы жидкостей его тела оказались на вашей одежде вблизи раны. Почему вы его убили?

- Он был убийцей ОМП. Я только постепенно узнавал о нем, уже после отлета. Он случайно сам выдал мне свое присутствие.

- Почему вы не поговорили со мной о нем? Было бы гораздо легче.

- Я хотел сам это сделать. Убить его.

Гарсон взглянул на луну.

- Понятно... Индивидуалист, пытающийся в одиночку навести порядок ко вселенной. Вы понимаете, что он уже второй убитый вами агент Объединенной Пехоты? Мало кому такое удавалось. Вы каким-то образом заставляете их выглядеть... неумелыми. Я нахожу это весьма удивительным. Я думаю, вы их обезоруживаете. Вы генерируете ауру заботы о других, прирожденной моральности. Никто не заподозрит, что вы способны на насилие. У вас интересный набор способностей. Никогда не задумывались над тем, чтобы использовать их на работе в спецслужбе? Например, убийцей?

Я удивленно взглянул на него.

- Нет.

Он очаровательно улыбнулся. Этот человек обладает большим обаянием и знает, как им пользоваться. Я испытывал к нему большую благодарность. Я ему не нужен, он вполне мог бы отдать меня ОМП. Но он спас меня из благодарности, а редко какие свойства ценятся так высоко, как благодарность. И он мне нравился, хотя и держал Тамару в заключении. Но где-то в глубине души я понимал, что он мой враг.

- Тамара часто упоминала вас. Она хотела бы поработать с вами. Когда закончим тут, нам с вами надо поговорить. Обсудить условия найма.

- Нет, - ответил я, почти инстинктивно.

- Подумайте об этом. Еще немного крови у вас на руках - никто и не заметит.

Я посмотрел в окно. Лучше не спорить с ним. Я обдумал его предложение. Такие, как Эйриш, Хуан Карлос, - кто-то должен убивать их. Я подумал о Люсио. Сильный гнев овладел мной.

- Да! Я хочу еще крови на руках! - яростно прорычал я.

Гарсон отшатнулся, потом устало улыбнулся.

- Отлично. Но всему свое время. А теперь прошу меня извинить. У меня много срочных дел.

Я остался сидеть.

На борт вошли последние пассажиры, и шаттл стартовал. Из космоса Пекарь напоминает большой затянутый облаками рубин с полосами лазурита и изумруда: ярко-красная охра центральной большой пустыни, облака над маленькими синими морями и единственным большим океаном, небольшие ледяные шапки, как на Марсе. Но вся планета в серебристой дымке, подробности неразличимы, как на смазанной фотографии. Платиновая полоса образует корону вдоль края планеты - это солнце отражается от крыльев миллиардов опаловых воздушных змеев. Мы вошли в атмосферу, и большую часть поля зрения занял большой океан планеты - Аки Уми. Миновали терминатор, где день сменяется ночью, пронеслись над западным краем континента Кани, краба, в сумерках. Под нами яркие огни Хотоке но За, столицы ябадзинов, сливались в одну звезду, упавшую на темную поверхность планеты.