Медленно, осторожно Мелинда повернула голову завоевателя кверху лицом и закрыла крышку ящика.

Это нелепо, говорила она себе. Абсолютно нелепо.

У завоевателей есть половые органы — эти существа, конечно, не почкованием размножаются. И каким бы образом они ни размножались, это не требует вмешательства хирургии. И все же… Отвернувшись, она подняла руку в перчатке, чтобы снять маску…

И замерла. Что-то медленно плыло в воздухе не далее чем в десяти метрах от нее. Что-то призрачно-белое, совершенно нематериальное на вид, двигалось между штабелями ящиков и контейнеров.

Привидение.

Мелинда почувствовала, как дрожат руки, прижатые к щекам. Все сказки о призраках, которыми в детстве пугали ее Фейлан и Арик, всплыли в памяти, и душа ушла в пятки от ужаса. Она невольно отступила назад и вздрогнула, коснувшись спиной холодного ящика. Призрачная фигура остановилась и, казалось, повернулась к Мелинде…

И женщина с ужасом осознала, что обращенное к ней лицо — это лицо завоевателя.

В тот же миг призрак исчез, обратившись в ничто. Но это уже не имело значения. Из горла Мелинды рвался крик ужаса.

* * *

— Со мной все в порядке, — сказала Мелинда, одним глотком допивая горячую жидкость и возвращая чашку врачу. При этом она заметила, что ее рука все еще трясется. — Спасибо.

— Вы уверены? — спросил Холл оу эй.

— Да. Прошу прощения, подполковник.

— Это совершенно нормальная реакция, — заверил ее Холлоуэй. — Я, скорее всего, выпустил бы в этого призрака всю обойму. Вы можете что-нибудь еще рассказать о нем?

Мелинда отрицательно покачала головой:

— Вряд ли. Но он точно был на складе. И он был трехмерным, и это, вне всякого сомнения, был завоеватель. Стоявший радом с Холлоуэем майор Такара возразил:

— Это не имеет ни малейшего смысла, Кае. Даже если не обсуждать вопрос, как они ухитрились это сделать, все равно непонятно, зачем понадобилось запускать голограмму на нашу базу.

— Может быть, для того, чтобы напугать нас, — предположил Холлоуэй. — Создать панику и посмотреть, как мы отреагируем, и узнать, сколько у нас людей и какое оружие. Если это была голограмма.

— А чем еще это может быть? — спросил Такура.

— Я не знаю, — пожал плечами Холлоуэй. — Но мы имеем дело с чужой расой и неизвестной нам технологией. И у нас есть ломтик какого-то вещества — по предположению доктора Кавано, органа чувств завоевателя.

Такара, нахмурившись, смотрел на него: