Другими словами, они являлись наилучшими кандидатами на то, чтобы обеспечить выполнение запроса Айзенштадта о зомби.

Я рассчитывал, что судьям понадобится по меньшей мере неделя для завершения всех формальностей, но это продлилось от силы пять дней.

Мне казалось, что во второй раз будет легче, но, как выяснилось позже, я ошибся.

Врач из Службы безопасности Солитэра отошел от кресла первого пилота корабля «Карг» и положил свой небольшой шприц обратно в саквояж. Мой живот представлял собой узел из сведенных судорогой мышц, комок боли и страха, когда я, борясь с собой, наблюдал, как неживые руки медленно, с какой-то невообразимой привычностью, легли на пульт управления кораблем. Я содрогнулся, вспомнив, что вместо них могли быть руки Каландры. Итак, они были на пульте, и вскоре звёзды исчезли с экранов терминалов капитанского мостика.

— «Пульт Мертвеца» на контроле, адмирал, — объявил человек, сидевший за другим пультом, дублёром пульта, за которым сидел зомби. — Местоположение корабля двадцать два четыре ноль и пятьдесят шесть три три.

Фрейтаг кивнул.

— Штурман?

Пальцы штурмана уже хлопотали на бортовом компьютере.

— Ничего, на что следовало бы обратить внимание на этой траектории, сэр — доложил он. — Ни астероидов, ни больших скоплений метеоритов. Но тем не менее, необходимо быть готовыми ко всему — наши данные весьма приблизительны.

— Это заставит вас держать ушки на макушке, — полушутя-полусерьёзно ответил Фрейтаг. Его замечание относилось ко всем членам экипажа. — Где бы ни находился генератор Облака, он либо очень хорошо замаскирован, либо так же хорошо охраняется. Либо и то, и другое. — Он продолжал опрашивать дальше. — Доктор Айзенштадт?

Стоявший возле штурманского пульта-дублера Айзенштадт наклонился к Загоре, остекленевший взгляд которой говорил о том, что она уже готова к контакту.

— Гремучник? Вы слышите нас?

— Да, — прошептала Загора.

— Мы на правильном курсе?

— Да.

Я пристально смотрел на женщину, тщетно пытаясь распознать, что скрывалось за этими обыденными словами, и, как уже не раз бывало, моя попытка закончилась провалом. Имелась какая-то трудноуловимая разница между нею и её собеседником, я ощущал эту разницу, впрочем, она могла быть следствием особого типа темперамента, присущего именно этому конкретному гремучнику, как бывает и у людей. Но это вполне могло быть вызвано и постепенной адаптацией к такого рода общению или же десятком других факторов.

Каландра зябко повела плечами.

— Ты был прав, Джилид, — пробормотала она. Её взор был прикован к «Пульту Мертвеца». — Такие же движения, такие же чувства… всё то же самое. Всё…