Очень простой, легкий ритм. Три коротких выдоха с полусекундными паузами и сильный носовой вдох. Организм настраивается на это биение очень легко. Специфическое дыхание вызывает легкое головокружение, от этого затрудняется адекватная оценка действий и происходящих вокруг событий. Ритм. Дыхание. Биение сердца. Подскакивает давление. Поступивший в кровь адреналин сглаживает неприятные ощущения. С неба может лить дождь, сыпать снег, хоть камни. Адреналин, дыхание, ритм и чувство локтя. Даже если ты один, ты не одинок. Потому что:

— Сво-бо-ду!

Где-то там томятся твои товарищи, в сырых, мрачных застенках, в казематах. И ты борешься за их «сво-бо-ду!». А значит, виртуально чувствуешь эту руку, локоть, благодарность.

— Сво-бо-ду! Сво-бо-ду!

Адреналин, дыхание, ритм, чувство локтя. Простенькая формула любого митинга, любого действия, любой толпы. Дайте им цель, дайте им знамя, дайте им угнетение. Люди не могут жить без угнетения. Им надо бороться. Нужны «идолища поганые», и чем поганее, тем лучше. Разрисуйте кусок дерева, размалюйте красной краской булыжник: вот она, кровь наших братьев, вот он, погубитель. Не важно, что пахнет латексом, главное — гаркнуть, срывая связки (потом заживет, не страшно): «Сво-бо-ду!!!» Затем руку в кулак и над головой, чтобы этим метрономом для толпы задать ритм. «Сво-» — кулак вверх, «бо-» — кулак вверх, «ду!» — кулак вверх. И снова…

Все. Толпа ваша. Они купились. Они были там. Они боролись. Не важно уже, какие у них разногласия с генеральной линией вашей партии. Это могут быть даже коммунисты, лучше, чтобы там были коммунисты. Они умеют кричать «Сво-бо-ду!» лучше других. Не важно, за рынок они или за плановую экономику. С разбродом и шатанием мы разберемся позже. Сейчас они верят в то, что их борьба самая святая! Они — освободители! На своих плечах несущие:

— Сво-бо-ду!

Трибуна была явно сделана наспех. Слишком высокие ступеньки заставляли нелепо задирать ноги. Узкая юбка этому движению активно сопротивлялась, из-за чего ее пришлось слегка задрать, и если бы не загар, Арина Алтухеевна Магомаева густо бы покраснела. Стоящие вокруг мужчины на мгновение забыли, что они «соратники по партии» и пришли сюда совсем не за тем, чтобы «сечь» за лидером. Желание «отдать жизни в борьбе за» на некоторое время начисто вытеснилось инстинктом размножения.

Арина Алтухеевна наконец взобралась на трибуну, сопровождаемая смущенными покашливаниями тех, кто стоял внизу и сзади. Лидер партии СПП поправила юбку и строго огляделась. Инстинкт размножения обмяк и расслабленно повис. Мужчины мигом позабыли о своей половой принадлежности и превратились в соратников по партии.