— Да, я это уже поняла, — сказала Мара. — И это была бы просто блестящая идея, что верно, то верно. Если бы не одно маленькое «но»: я не умею ни подавлять боль, ни погружаться в целебный транс.

— Перестаньте, — укоризненно покачал головой адмирал и показал взглядом на обугленную прореху в ее комбинезоне. — Состояние вашего плеча говорит об обратном.

— Скайуокер погрузил меня в транс, — Мара расслабила мышцы, приготовилась… — А сейчас его под рукой нет. Я могу умереть от болевого шока или истечь кровью…

— Ни того ни другого не произойдет, — заверил ее Фел. — Мне известны и мощь оружия чиссов, и ее пределы. Считайте это просто дополнительным стимулом для Скайуокера сдаться нам.

Он кивнул Брошу. Чисс кивнул в ответ и направил чаррик на Мару.

Мгновение спустя оружие чисса полыхнуло ослепительно зеленым.

28

28

Внезапно, на полушаге, Мара исчезла. Мара! отчаянно пытался докричаться до нее Люк. Мара! Должно быть, неведомым хозяевам крепости удалось каким-то образом сбить с толку и ее чувство опасности, и боевые рефлексы, напасть неожиданно и успешно. И теперь она без сознания. Или мертва.

— Нет, — прошептал он вслух, чувствуя, как колотится в висках кровь.

Неужели снова — терять близкую душу?

— Нет! — зарычал Люк сквозь стиснутые зубы.

Его словно затягивало в темный и страшный водоворот, по мере того как боль превратилась в ярость, и ярость росла.

Значит, любите убивать ненароком? Что ж, я покажу вам, что значит — убивать1. Он представил, как бегом спускается по эскалатору, как отбрасывает Силой беспомощные тела чужаков и как они тяжело бьются о неприступные каменные стены, изломанными куклами оседают на пол. Его лазерный меч косил бы врагов, с легкостью рассекая тела и их жалкое оружие, сея смерть на своем пути…

Его лазерный меч.

Люк опустил взгляд на меч, который сжимал в руке. Не тот, что он сам сделал в сердце песков Татуина, а меч, который много лет назад создал его отец. А Люк потом подарил его Маре…

Он глубоко вздохнул, прогоняя из сердца гнев и ненависть. Озноб пробрал его, когда Люк осознал, что он только что чуть не натворил. Снова он был на волосок от темной стороны. Он едва не поддался ненависти и жажде мести, искушению использовать могущество джедая ради исполнения собственных эгоистичных желаний. Погубишь все, за что они боролись и страдали, навязчивым эхом отдались у него в голове слова мастера Йоды.

— Хорошо, — сказал Люк вслух.

Нет, что бы ни случилось с Марой, он не станет мстить, по крайней мере, не ради возмездия как такового. Но он непременно выяснит правду о ее судьбе.