Восхождение оказалось гораздо легче, чем он ожидал, и благодаря помощи Силы заняло не более десяти минут. Мара сидела на небольшом грубом каменном карнизе почти у самой вершины, там, где выступы породы давали хоть какое-то укрытие от ветра.

— Привет, — окликнула она Люка, когда тот добрался до гребня скалы. — Как самочувствие?

— В полном порядке, — ответил он, пробираясь к ней по гребню.

Она говорила тихо, тщательно следила за своим голосом. Но за барьером, который она выстроила, Люк чувствовал безысходную печаль.

— Что происходит? — спросил он.

Она показала рукой туда, где впереди и внизу громоздилась крепость.

— Вон там — Рука Трауна. Когда немного посветлеет, можно разглядеть четыре дальних башни.

Люк применил технику джедаев, чтобы обострить зрение. Действительно, башни были видны, и между теми двумя, что слева, можно было разглядеть открытый зев ангара, откуда они вырвались несколько часов назад.

— Чем они там заняты? — спросил он.

— Ничем в особенности, — глухо ответила Мара. — Помнишь, в ангаре не хватало одного корабля? Он вернулся около трех часов назад.

Люк поморщился. Обостренным зрением он видел — многофункциональный корабль стоял у выхода из ангара перед шеренгой тех, что он вывел из строя. Готовый лететь на Бастион по первому требованию.

— Он не должен снова взлететь?

Он скорее догадался, чем увидел, как она покачала головой.

— Если б я знала! Как бы там ни было, Парк говорил, что сначала они выслушают доклад пилота, а уже потом примут окончательное решение.

— Ясно, — сказал Люк.

Без сомнения, Парк и Фел не станут затягивать разбор полетов. Решение будет принято в срочном порядке, корабль покинет планету, и Рука Трауна и все ее секреты окажутся в распоряжении имперцев.

А они с Марой сидят здесь и чего-то ждут. Чего?

— Знаешь, это даже забавно, — прошептала Мара. — Нет, правда, есть тут какая-то ирония. Мы сидим тут с тобой вдвоем: я, которая десять лет положила на то, чтобы как следует обустроить собственную новую жизнь, и ты, который эти десять лет из кожи вон лез, чтобы спасти Галактику от всего и вся, что угрожало ей.

— Так и есть, — сказал Люк, пристально вглядываясь в ее лицо, потаенный мрак в ее душе стал еще темнее… — Но я не вполне улавливаю соль шутки.

— Ирония в том, что в тот исторический момент, когда Новая Республика готова разорвать себя на клочки, ты забыл обо всем и бросился спасать меня. Наплевал на самолично возложенную на себя ответственность за судьбу Галактики ради того, чтобы спасти жизнь одной-единственной женщины.