— Да, — ответил воин. — Ты хочешь умереть, но мы не должны тебе мешать.

— Тогда я пошел!

Врон приблизился к краю камня и прислушался. Личинка была рядом. Охотник даже заметил, как в шагах двух от него приподнимается земля, образуя небольшой бугорок. И тогда он спрыгнул на траву.

Земля вздыбилась, и в образовавшейся воронке Врон увидел огромную пасть. Кожу обожгло, потом его тело сдавило так, что он не мог вздохнуть. Охотнику показалось, что у него дробятся кости, рвутся мышцы… Врон потерял сознание.

— Очнулся он от голоса, звучавшего в его голове.

«Я нашел тебя. Почему ты хотел умереть?»

Врон с трудом открыл глаза. Он лежал на траве, а рядом в земляной воронке была видна открытая пасть мертвой личинки. Охотник даже не помнил, как он сумел из нее выбраться.

— Я не хотел умереть, я хотел убить это животное изнутри.

«Ты бы не смог, у нее слишком толстые стенки пищевода, и они покрыты костяными наростами».

— Почему она мертва?

«Я убил ее, когда понял, что ты собираешься сделать. Я едва успел. Я звал тебя, но ты меня не слышал».

— Как ты ее убил?

«Просто остановил ее сердце, это было нетрудно, эти животные организованы так же, как и все другие».

Врон осмотрел свое тело. Похоже, что после прыжка на траву прошло совсем немного времени. Огромные шрамы от зубов личинки были видны на его теле, но они уже понемногу исчезали.

Воины стояли на камне, недоуменно глядя то на него, то на открытую пасть личинки.

— Что случилось с этой мерзкой тварью? Почему она не движется? Ты убил ее, но как?

— Несите дичь на гору, пока не появилась еще одна. — Врон медленно пошел к горе, ноги подкашивались от слабости. — А личинка просто отравилась, у меня плохой вкус.

— Мы учтем это: когда убьем тебя, не станем есть. Врон рассмеялся. Его обогнали нагруженные воины, а навстречу им уже бежали демоны-охотники, чтобы забрать то, что осталось на камне.

— Ты даже не представляешь, как я рад тебя слышать, — мысленно произнес Врон. — Я долго ждал этого и уже боялся, что ты так и не найдешь меня…

«Я почувствовал тебя, это оказалось совсем не трудно. Много времени ушло на то, чтобы понять, где находится этот мир. Потом оказалось, что направление — это еще не самое главное. Очень трудно было определить, на какой из планет ты находишься».