Значит, следует быть вдвойне, втройне осторожным.

Нужно ждать до первой победы, до второй, до десятой. А когда воины в полной мере насладятся вкусом успеха и добычи, вот тогда-то таких, как сотник Ккугу Юмо, станет десятки десятков и сотни сотен…

В день, когда это случится, но никак не раньше, можно будет постучать боевым топором в дверь королевской хижины, и Могучие не воспротивятся законному требованию своего верного слуги, стоящего во главе закаленных, беззаветно преданных отрядов, пришедших с границы!

Ну что ж. Нынешний день ляжет первой ступенью к заветной вершине, и диким дгаа не помешать Ситту Тиинке взойти на эту ступень.

Варварам не устоять. Они обречены.

Откинувшись на спинку легкого походного кресла, Засуха-на-Сердце оглядел неподвижно стоящего перед ним проводника. Чуть слышно хмыкнул. Кивнул головой.

Нельзя не признать: сам Тха-Онгуа привел в ставку этого молодого дикаря. Не будь его, нечего было бы и мечтать пройти в тыл горцам через Черные Трясины, настолько зыбкие, что варвары не озаботились даже выставить там охранение.

А идти через редколесье означало бы без толку погубить воинов, так и не добравшись до поселка дгаа.

О! Хвала Светлоглазому, теперь болота лежат за спиной. А впереди, совсем близко, вражеская деревня, никак не ожидающая налета. Впрочем, даже если сейчас дикие о чем-то догадались, все равно — деваться им некуда!

Ситту Тиинка едва заметно улыбнулся.

Он не безмозглый Канги Вайака, без толку топтавшийся на месте, увязая в стычках с мохнорылыми. Нет!

Теперь будет иначе: варвары испытают силу войск Сияющей Нгандвани и пропустят храбрые сотни Начальника Границы через свои земли. И сверх того, им придется выставить вспомогательное войско! Отличных быстроногих копьеносцев, умеющих воевать в редколесье! Потому что у них просто не будет иного выхода…

Если они послужат народу нгандва верой и правдой, их женщины и дети не умрут и не познают унижений.

Да! Только так, и никак иначе…

Если помедлить еще немного, дикари стакнутся с мохнорылыми, а тогда о свободной дороге для Железного Буйвола нечего будет и мечтать. Уже теперь мохнорылые начинают верховодить в деревнях горцев. Именно так доложил Ккугу Юмо, видевший одного из них своими глазами, и у Начальника Границы нет оснований не доверять смышленому сотнику.

— Я доволен тобой, — сказал Ситту Тиинка и в знак благоволения надул щеки, как это, кажется, принято у горных варваров. — Ты будешь награжден и возвышен.

Он не лукавил. Вышестоящие не унижаются до лжи, беседуя с низкорожденными. Но, кроме этого, в горном краю и впрямь не обойтись без надежного наместника, знающего нравы и обычаи дикарей. Нгандва, рожденный в равнине, сколь бы ни был он разумен и храбр, не сможет удержать в руках этих необузданных недолюдей. А вот туземец, вроде этого, вполне способен стать опорой власти Засухи-на-Сердце и привести горы к всеконечному повиновению.